Приветствую Вас, Pilgrimage! Регистрация PDA-версия сайта

Понедельник, 05.12.2022
[ Главная · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 4 из 6
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • »
Glass moon - Forum » Переводы » Glass Moon Tranlsations » LORD EL-MELLOI II CASE FILES VOL. 6-9 [НОВЕЛЛА] (Отдельная тема, пока не будет закончен 5-й том)
LORD EL-MELLOI II CASE FILES VOL. 6-9 [НОВЕЛЛА]
AkagiДата: Воскресенье, 12.06.2022, 12:02 | Сообщение # 46
Wild Card Owner
Группа: Администраторы
Пол:
Сообщений: 464
Награды: 11
Репутация: 24
Offline


Эпилог


— Уверена, что не хочешь навестить мать?
Этот вопрос задал мне Зепия, который стоял в тени дерева, прячась от солнечных лучей. Мы покинули деревню и теперь находились у подножия горы.
Вечерело. Солнце уже большей частью скрылось за горизонтом. Несмотря на это, его свет, похоже, всё ещё представлял проблему для директора Атласа. Помимо обычного плаща, он также надел капюшон.
— Она ведь в порядке?
— Да. Они с отцом Фернандо были в критическом состоянии, но после оказания первой помощи сестра Иллюмия доставила их в больницу неподалёку, имеющую отношение к Святой Церкви. Думаю, их жизни ничего не угрожает. Церковь ничего не знает о том, что она заняла твоё место и что её связь с Королём мёртвых была полностью разорвана. Её не сделают какой-нибудь подопытной, можешь не переживать. Что же касается прочей информации, то никто из жителей деревни не погиб.
Это походило на какую-то шутку. Словно горы расступились, чтобы пропустить мышь. После такой нелепо большой шумихи мне было сложно поверить, что всё закончилось настолько хорошо.
Или, возможно, уместнее было бы сказать, что благодаря нашим усилиям всё закончилось хорошо.
Я потёрла дрожавшие плечи. Холодный ветер был немного неприятным, поскольку мы не так давно вырвались из второго круга, где царило лето.
— Полагаю, Короля мёртвых – разум короля Артура – можно назвать исключением. Правда, она всего лишь вернулась в Логос Реакт в качестве личностной модели. Для существа, не обладающего телом и душой, концепция времени размыта, поэтому те месяцы, что она провела под землёй, были равносильны паре минут дрёмы.
С момента завершения битвы прошло примерно полдня. Вернувшись в реальность, мы выслушали объяснения Зепии и закончили, как он выразился, «разбираться с последствиями».
По его словам, договор, согласно которому институт Атлас должен предоставить в пользование Логос Реакт до возвращения короля Артура или до установления невозможности её воскрешения, был всё ещё в силе. Главный виновник этого инцидента, Логос Реакт, объединившийся с моей матерью и разумом короля Артура, вошёл в состояние самодиагностики и самовосстановления. Вероятно, эти процессы продлятся следующие пару лет, поэтому, учитывая промежутки между Войнами за Святой Грааль в Фуюки, на этот счёт какое-то время можно было не переживать.
Разумеется, старая женщина, самая преданная последовательница короля Артура, так просто не сдастся, но это не имело никакого значения. Единственной причиной, по которой она зашла так далеко и даже вступила в открытое противостояние со Святой Церковью, был появившийся шанс объединить тело, разум и душу. Однако момент был упущен, и она уже ничего не сможет предпринять.
— Моя мама знает, что со мной всё в порядке?
— Она должна обладать такой информацией, потому что какое-то время была частью Логос Реакта. Несмотря на то, что люди в большинстве своём не способны обработать такое количество разрозненных данных, теоретически у неё останется впечатление, что ты жива.
— Это всё, что мне нужно знать. Ей известно, что я жива, и это главное.
Если я пойду навестить её, а жители деревни каким-то образом об этом узнают, могут начаться проблемы. Я понятия не имела на какие отчаянные шаги были готовы фанатики во главе со старейшиной.
— Может, тебе замаскироваться? — предложил Флат, словно прочитав мои мысли.
Кстати говоря, заклинание, которое он наложил на мою пуговицу, всё ещё действовало. Поэтому по возвращении в реальность все сильно удивились, когда увидели, что моё лицо было другим. По всей видимости во время второго круга наши тела создал Логос Реакт, поэтому на нас не было ни царапины.
— Нет, не нужно. К тому же нам с мамой ещё нужно время.
Однажды я точно увижусь с ней, подумала я. Однажды, но не сейчас. Сначала мне нужно было привести свои мысли в порядок.
Какой смысл несли все те поступки, на которые она пошла ради меня? Что она сама думала об них? Чтобы не допустить больше ошибок, я хотела ответить на все свои вопросы, но не знала, сколько времени для этого потребуется.
Что же касается жителей деревни, то они, наверное, были изрядно сбиты с толку, когда лето вдруг сменилось зимой в самый разгар их приготовлений к возрождению короля Артура. Я не знала, что ждёт деревню и её обитателей в будущем, но поддерживать статус-кво им больше не удастся. С этой точки зрения, в больнице, связанной со Святой Церковью, моя мать будет в большей безопасности.
Пока я думала об этом, учитель произнёс:
— Рыцарские ордены пока что бездействуют. Похоже, произошедшее здесь осталось для Церкви незамеченным.
— Разве это не странно? Всё население деревни пропало на полгода. Значит, сестра Иллюмия и отец Фернандо не выходили на связь несколько месяцев, не так ли? Их же направили сюда для наблюдения. Я бы на месте церковников насторожился, — сказал Свен, указывая на довольно очевидную проблему.
Он был прав. Поскольку это место находилось под наблюдением, верхушка Святой Церкви уже должна была что-то предпринять. Почему же они ничего не делают?..
— Кто-то поработал над информацией?
— Хартлесс, да?
— Хороший вопрос, — уклончиво ответил Зепия.
Учитель перевёл взгляд на своих учеников.
— Флат, Свен, наведайтесь в городок у подножия горы. Вряд ли что-то произойдёт, но лучше подстраховаться, вдруг Святая Церковь всё-таки решит нагрянуть.
— Сделаем!
— Постараемся вернуться как можно быстрее!
Юнцы быстро отсалютовали и развернулись.
Они начали спокойно идти по дороге, но вскоре между ними что-то произошло, и разгорелся спор, который перерос в некое подобие догонялок с применением магии. Это было в их духе. Несмотря на отсутствие ранений, они, наверное, устали. Поэтому при виде их оживлённой перепалки стоило ли говорить, что это было вполне ожидаемо от двух самородков класса Эль-Меллоев?
Проводив их взглядом, учитель вновь повернулся к Зепии.
— Ах да, кое-что ещё привлекло моё внимание. Не откажете в объяснении, прежде чем мы покинем это место?
— Я Вас слушаю.
— Мне кажется, порядок неправильный.
— Порядок?
— Те четыре правила связаны с Магическими цепями стражей могил. Другими словами, разумно предположить, что они передавались в семье Блэкмор поколениями. И началось это задолго до наступления современной эпохи.
— Да, это разумное предположение, — кивнул Зепия. Где-то над его головой закаркал ворон. Его крик, эхом разнёсшийся по безмолвному лесу, казался немного одиноким.
Берзак, вероятно, тоже вернулся в реальность. Что бы ни произошло с деревней в будущем, вряд ли старик, обучивший меня всему, что знал сам, покинет это место. Возможно, он до конца жизни останется стражем могил кладбища Блэкмор.
— Однако прообразом Чёрной мадонны, скорее всего, является Моргана. Получается, это реликвия времён короля Артура, которые относятся к современной эпохе. Большинство согласно с тем, что Артур и Моргана жили примерно в пятом веке. Тогда откуда в правилах стражей могил взялась Чёрная мадонна?
— Я не вижу в этом противоречия. Касающееся статуи правило просто добавили позже. Изначально стражи могил кладбища Блэкмор были всего лишь опытными проводниками душ.
— Да, в Магические метки можно вплетать достижения последующих поколений. Собственно, для этого они и существуют. Однако эти четыре правила добавили не так давно, как мы предполагали, верно? Скажем, несколько столетий назад, примерно в то же время, когда Вы стали директором института Атлас.
Услышав слова моего учителя, Зепия слегка выгнул брови:
— Не юлите, просто скажите прямо.
— Думаю, порядок противоположен тому, что я только что озвучил. На самом деле правило, касающееся статуи Чёрной мадонны, присутствовало изначально, чтобы более эффективно обнаруживать людей с потенциалом стать королём Артуром. Для этого статуя и предназначена, она является Тайным знаком. В других правилах нет необходимости. Да, благодаря им жители деревни не могут случайно приблизиться к таинству, да и спрятать барьер на болоте без них было бы довольно сложно. Однако эти правила лишь говорят людям, что делать не надо. Возможно даже, что с их помощью частому гостю, директору института Атлас гораздо проще просчитывать параметры жителей деревни.
Я широко распахнула глаза.
— Вы одолжили Логос Реакт для использования на этой земле и не можете забрать его до тех пор, пока договор не будет выполнен или же сочтён невыполнимым. Разумеется, Вы установили некий Тайный знак для наблюдения, но Ваше прямое вмешательство нарушило бы условия договора. Мы уже доказали это в ходе дела. Как и Магические цепи, эти четыре правила затрагивают лишь стражей могил. Вы придумали эти правила вместе со стражем могил в прошлом, вплотную приблизившись к нарушению условий договора, но при этом ничего не нарушив.
Выслушав моего учителя, алхимик пожал плечами. Он не стал ничего отрицать, поэтому лучшего подтверждения можно было не ждать.
Учитель глубоко вздохнул.
— Вашему терпению и подготовленности можно только позавидовать.
— Алхимики Атласа тоже маги и поэтому никому полностью не доверяют. Вам это должно быть известно.
Зепия едва заметно улыбнулся, глядя на учителя. Тот же оставался совершенно серьёзным.
— …
Я слушала этот разговор, не зная, что сказать.
В ходе этого дела моё мнение о Зепии полностью изменилось вот уже в третий раз. И как прикажете понять кого-то вроде него? Сперва я думала, что он был зловещей фигурой, окутанной тайной. После того, как мы узнали о неисправности Логос Реакта, он начал казаться мне непоколебимым стражем мира. Теперь же он производил впечатление хитрого торговца. Точнее говоря, все они слились воедино, воплотив этого Мёртвого Апостола и алхимика, известного как Зепия Эльтнем Атласия.
— Это было первое, что Вы заметили?
— Да, я думал об этом, когда мы обсуждали Чёрную Мадонну и Моргану в подземном храме. Единственной причиной тому был Ваш намёк во время первого круга, когда вы сказали, что это место связано с Мёртвым Апостолом, существовавшим две тысячи лет назад.
«Блэкмор – это имя Мёртвого Апостола, связанного с этой землёй».
«Он управлял птицами и жил более двух тысяч лет назад, но его, к сожалению, убили в этом сценарии».
Я не ожидала обнаружить здесь связь.
— Далее мне нужно лишь сделать логический вывод. Почему Вы здесь? Зачем упомянули кладбище и три части человеческого существа? Мне немного стыдно это признавать, но уверенность у меня появилась лишь в тот момент, когда я изучил доску с уликами Хартлесса.
— Для меня это тоже было несколько рискованно, — сказал Зепия, словно растворяясь в сумерках. — Я вижу множество сценариев и могу измерить вероятность каждого из них. Однако реальность всего лишь одна. Хм. Вы не собираетесь спросить про мою сделку с Хартлессом?
— Мне это не нужно. Я уже могу с уверенностью сказать, что знаю ответ. Разумеется, не мне судить о том, какую выгоду получили Вы, но требования Хартлесса довольно очевидны.
— О, Вы хотите услышать подтверждение?
Учитель без промедления произнёс:
— Если бы Хартлессу нужна была информация о ритуале в этой деревне, он не стал бы заключать сделку с матерью Грэй. Хартлесс до нелепого осторожен. В каком-то смысле он похож на меня и готовится ко всему так тщательно, что это граничит с трусостью. Если так, то он мог попросить у Вас только одно. А именно никак не просчитывать его будущее, верно? Именно поэтому Ваши познания обо всём, где он фигурировал, были столь ограничены. Это одна из причин, по которой Вы могли лишь наблюдать со стороны.
— Замечательный ответ. И если вдруг Вам интересно, он предоставил мне данные о предыдущих Войнах за Святой Грааль.
Услышав эти слова, я напряглась.
Хартлесс досконально изучил Войны за Святой Грааль города Фуюки. Поэтому он обладал информацией, которой не было даже у директора института Атлас.
Однако, если Зепии была нужна эта информация…
— А, можете не волноваться. Я не собираюсь принимать участие в Войне за Святой Грааль. Мне просто интересны задействованные в ней заклинания. Да, процесс призыва Слуги, способный воспроизвести даже душу, связан с Третьей магией, которую я желаю заполучить.
Тело, разум и душа.
До сего момента эти три концепции упоминались множество раз.
Но, как считалось, ни один вид магии не мог воссоздать душу, за исключением Третьей, о которой всем оставалось только мечтать. Это был неосуществимый способ для человечества продвинуться дальше.
Однако это было не так уж тесно связано с данным делом, поэтому учитель не больше не стал затрагивать эту тему. Как он иногда говорил во время лекций, чрезмерные познания порой могут навлечь опасность.
Несмотря на это, Зепия слегка наклонил голову.
— У Вас есть ещё вопрос?
— А Вы… не против?
— Прошу Вас, не стесняйтесь.
Где-то вновь каркнул ворон.
Я ощутила запах готовящегося ужина. Возможно, мне просто показалось, или, может, этот запах исходил из какого-нибудь дома, и его принёс сюда ветер. Я невольно подумала о тушёном мясе, которое готовила моя мать. Тот вкус, когда-то вызывавший у меня мурашки по всему телу, теперь отзывался во мне ностальгией.
— Как считаете, я сделал правильный выбор?
— Этот вопрос лишён смысла. Да, в этом мире существуют неправильные сценарии, но правильного выбора как такового нет. Потому что в противном случае институт Атлас уже давно был бы спасён. Или, возможно, конец уже наступил. Интересно, какая концовка будет для нас проще?
На этом Зепия замолк.
Я моргнула.
Солнце уже полностью исчезло за горизонтом. Под покровом обволакивающих сумерек мне показалась, что я увидела нечто необычное на его губах.
— Однако, должен сказать… только Вы могли сделать такой выбор, Лорд.
— А?
Это был довольно неловкий звук.
Может быть.
Может быть…
Эта мысль так увлекла меня, что я не заметила, как вернулись Флат и Свен.
В тот момент мне показалось, что на губах директора института Атласа, настолько невозмутимого существа, что даже проблеск гнева казался ошибкой в операционной системе компьютера, возникла очень человечная улыбка.

*


Первым, что поразило меня по возвращении в Лондон, был шум.
Город переполняли самые разные звуки, начиная с музыки из радиоприёмников и телевизоров и заканчивая голосами людей, рокотом двигателей, криками детей и грохотом со строек. Всё это создавало гармонию, превращаясь в некое подобие музыкальной группы.
В сельской местности звуков тоже хватало. Разница была в том, что большую их часть издавали люди. Это была та самая музыка, которая существовала лишь благодаря тому, что люди собирались вместе, словно плавясь в котле.
— …
Когда я впервые оказалась в Лондоне, мне казалось, что ряды небоскрёбов походили на надгробия. А люди, заходившие в бесцветные здания, напоминали вереницу мёртвых, которые направлялись в подземное царство.
Теперь я думала иначе.
Здания были зданиями, а надгробия – надгробиями. Сколько бы людей ни собиралось в одном месте, это не изменится. Не нужно было пытаться искать какой-то особый смысл. Возможно, эти мысли однажды снова изменятся, но сегодня я не испытывала к ним ненависти.
Я закончила всё, что собиралась сделать утром, и села в автобус.
Пункт назначения был рядом со Слюр-стрит, и я, покинув транспорт, направилась к особняку недалеко от остановки.
Путь к нему занял менее десяти минут.
Как меня учили, я обошла особняк, оказалась на заднем дворе, дважды позвонила в дверной звонок и вошла внутрь. Я часто здесь бывала, поэтому меня не нужно было провожать. Однако каждый раз, когда я ступала на ярко-красный ковёр, моё сердце начинало биться чаще. Полагаю, с этим ничего нельзя было поделать.
В гостиной меня ждала Райнес.
Увидев то, что я держала в руках, она несколько раз моргнула от удивления.
— Что это, Грэй?
— Эм-м, я принесла десерты… Обычно их покупаете Вы, мисс Райнес…
Я напряглась, прижимая к груди дешёвый бумажный пакет, который казался совершенно неуместным в в столь элегантно обставленной комнате. Я купила это в универмаге, совершенно не разбираясь во вкусностях. Теперь до меня наконец дошла вся важность опыта при совершении покупок.
— Сегодня ты угощаешь?
— Д-да, мисс Райнес, угощаю.
Какое-то время Райнес смотрела на меня с редким для неё выражением искренности на лице. Атмосфера в комнате внезапно изменилась, словно это было свидание вслепую или какие-нибудь смотрины.
Однако, глядя, как я изо всех сил стараюсь не уронить пакет, она произнесла:
— Триммау, подай нам более подходящий чай.
— Да, госпожа.
Сделав идеальный реверанс, горничная из ртути покинула комнату.
На меня нахлынула волна сожаления, когда купленный мною шоколад положили на белые керамические тарелки. Было очевидно, что он не мог сравниться с тем, чем меня обычно угощала Райнес. Съев кусочек по её просьбе, я ощутила ещё больший стыд. Даже уши полыхали огнём. Я чувствовала себя глупым клоуном. С чего я решила, что это была хорошая идея?
Затем шоколад попробовала Райнес. Её глаза расширились от удивления. Поскольку она находилась в собственном доме, они были ярко-красного цвета, из-за чего мне ещё больше стало её жаль.
— Неплохо!
— Эм, Вам не нужно принимать во внимание мои чувства.
— Нет, я тоже считаю, что это неправильно. Вкус совершенно обычный. За температурой особо не следили, поэтому текстура странная, а какао-бобы явно были весьма посредственного качества, что сказалось на аромате… Но на вкус очень даже хорошо. Почему? — девушка наклонила голову.
Райнес задумалась, смакуя каждый кусочек. Похоже, она говорила правду. Это была не какая-нибудь важная светская встреча, да и по отношению ко мне ей не нужно было проявлять вежливость.
Я взяла ещё один кусочек шоколада со стойким ощущением, что меня обманывают. Однако после второй порции до меня дошло, что шоколад действительно был на удивление вкусным. Я не могла провести такой же тщательный анализ, как Райнес, но готова была с ней согласиться.
— Потому что вы наслаждаетесь им вместе, госпожа.
— Невозможно! Вкус не должен меняться только потому, что рядом кто-то есть! — отозвалась Райнес с несвойственным ей возбуждением.
— Что-то не так?
— А, нет, вовсе нет, — Райнес надулась и указала на мою чашку. — Не стесняйся. Это же всё-таки чаепитие.
— К-конечно.
Я послушно взяла в руки чашку и вновь удивилась.
Стоило мне сделать глоток чая, который заварила Триммау, как изначально посредственный шоколад начал таять у меня во рту. Разумеется, с десертами Райнес, которые словно были украшены сорванными с ночного неба звёздами, он не мог сравниться, но всё равно порадовал меня очень стойким успокаивающим вкусом.
Мы ели кусочек за кусочком, наслаждаясь каждой секундой этого замечательного времени.
Я испытывала невероятную радость от того, что мы могли вместе есть десерты и пить чай.
И затем, молча выслушав мой рассказ о том, что произошло в деревне, Райнес сказала:
— Вот как. Я тоже получила доклад, но даже не предполагала, что там окажется замешано одно из семи суперорудий института Атлас. Вдобавок вы наткнулись на него совершенно случайно. Даже для Лорда это чересчур… Мне бы очень хотелось списать всё на волю случая, но, похоже, дела, в раскрытии которых вы принимали участие, нельзя назвать простым совпадением. Да, в каком-то смысле единственным совпадением была изначальная встреча.
— ?..
Я наклонила голову, не совсем понимая, что она пыталась сказать. Увидев это, Райнес криво улыбнулась.
— Я про твою встречу с моим братом.
Она провела бледными пальцами по столу и коснулась его края. Очень красивые пальцы, подумала я, как у фарфоровой куклы. Однако мне было хорошо известно, сколько трудностей Райнес преодолела и насколько высокую цену заплатила, чтобы оказаться здесь.
— Разумеется, моему брату нужен был кто-то, кто может дать отпор Слуге, но вы встретились не поэтому. Полагаю, то же самое можно сказать и про Хартлесса, — девушка прищурилась. — У моего брата и доктора Хартлесса столько общего, что даже жутко становится. Возможно, причина в том, что Хартлесс тоже возглавлял факультет современной магии, но думают они всё равно по-разному. Наверное, стоит сказать, что их особенности дополняют друг друга.
— Дополняют?
— По крайней мере, я так думаю. Взгляни на Флата и Свена. В правильной ситуации они могут стать опорой друг для друга. Однако…
— Однако?
— Это может довести обоих до уничтожения.
У меня бешено заколотилось сердце. То, что Райнес была одной из тех, кто прекрасно понимал моего учителя, придавало её словам ещё больший вес.
Райнес положила в рот два раздавленных кусочка шоколада и уставилась в потолок, болтая ногами.
— Кстати говоря, я тоже наткнулась на кое-что странное в ходе своего расследования.
— Что-то случилось?
— Не так давно отмечали Новый год, было много банкетов. Я решила осмотреться и встретилась с информаторами из других фракций: аристократической, демократической и нейтральной. Как выяснилось, вокруг Войны за Святой Грааль ходит слишком много слухов.
— Слухов?
Увидев, как я в замешательстве наклонила голову, Райнес едва заметно кивнула.
— Ага. На этой войне погиб предыдущий Лорд фракции Эль-Меллой, однако многие по-прежнему считают её мелким ритуалом, который проводится где-то на краю света. На Пятую Войну за Святой Грааль Часовая башня даже послала в Фуюки охотницу, но об этом, похоже, практически никто не знает. Разница в распространении информации слишком неестественная.
За словами девушки скрывалась чувствительность, которой мог обладать лишь человек, привыкший к постоянной борьбе за власть в Часовой башне. Разумеется, у учителя тоже была такая особенность, но он отличался от Райнес. По моему мнению, дело было не столько в опыте, сколько в естественных различиях между личностями.
— Лишь одна организация во всём мире магии способна провернуть такое, — сказала девушка, откусив кусочек миндального шоколада, и подняла палец. — Факультет политики.
В моей голове возник образ магессы, с которой мы сталкивались уже много раз. Эта женщина напоминала мне змею, облачённую в дальневосточные одеяния.
Адасино Хисири.
Она готова была пойти на что угодно ради достижения цели. В делах о замке Адра и «Рельсовом цеппелине» она не сдалась, даже когда предстала перед выводами моего учителя. Однако существовала и другая причина, по которой я сглотнула, стоило мне подумать об этой женщине.
— Зепия тоже сказал нечто подобное.
— Неужели? — заинтересованно произнесла Райнес, подавшись вперёд.
Я с тревогой поведала ей о спокойных словах алхимика:
— Он сказал… «Может, Хартлесс и враг вам, но это не делает его врагом Часовой башни».
Я содрогнулась, и где-то в глубинах моего сердца возникло неприятное чувство.
Часовую башню нельзя было назвать невинной и добродетельной организацией. Она вмещала в себя желания и стремления самых разных людей, полностью испорченных сложностью структуры власти. В этом она совершенно не походила на институт Атлас. Отличить врага от союзника было попросту невозможно.
Поэтому было бы вполне естественно предположить, что у Хартлесса есть союзники в Часовой башне.
— Вот как. Надо будет этим заняться. Но если в деле замешан факультет политики, то слишком большие надежды на меня возлагать не стоит. К тому же на самом факультете политики тоже далеко не всегда царит единодушие.
Райнес немного меланхолично закрыла один глаз.
Даже в таком месте, где интриги являлись обыденностью, факультет политики был другим. Поэтому возможности Райнес тоже были ограничены.
— Зепия сказал что-нибудь ещё?
Райнес ещё сильнее подалась вперёд, нависнув над столом, словно озорная кошка. Её огненно-красные глаза ярко сияли. Наверное, многие люди – как мужчины, так и женщины – ощущали пленительную силу обаяния, которую излучали эти глаза.
— Н-нет.
— Правда?
Когда лицо Райнес оказалось практически вплотную ко мне, откуда-то из-под моего правого плеча раздался громкий пронзительный голос:
— Хи-хи-хи! Как же вовремя я проснулся. У вас тут что-то вкусненькое, да?
— Адд!
— Вот уж не ожидал, что такая серая мышь, как Грэй, будет веселиться с другими девочками! Чур я в деле! Да, я кубик, у которого нет пола, но это не имеет значения! Если собираете устроить пижамную вечеринку, то я за! Будет ещё лучше, если вы пригласите красоток, которые…
Он явно напросился, поэтому я сняла с крючка клетку и хорошенько её встряхнула. В ответ раздался громкий звук, похожий на предсмертный вопль огромного насекомого, но мне было всё равно. Он даже не подумал о том, как сильно я переживала за него не так давно.
Райнес радостно хлопнула в ладони, в то время как в невозмутимом лице горничной из ртути отражался истошно воющий кубик.
Это было очень приятное время.
Настолько приятное, что я даже извинилась перед Аддом, потому что, как мне показалось, перегнула палку с наказанием.
Настолько приятное, что из моих глаз безудержно лились слёзы.
На самом деле Зепия сказал кое-что ещё.
Однако я не могла заставить себя поведать об этом Райнес и Адду.

*


А сказал он вот что.
Это произошло сразу же после битвы с Логос Реактом.
Когда Адд снова заснул, Зепия подошёл ко мне, чтобы обсудить что-то важное. Учитель, Флат и Свен строили планы на будущее и не обратили на нас внимания.
— В качестве благодарности позволь дать тебе один совет. Будет лучше, если ты больше не станешь использовать Ронгоминиад.
— А?
Этот совет был слишком внезапным, поэтому я на секунду растерялась.
— П-почему?
— Ты ведь уже использовала его на «Рельсовом цеппелине», верно? Действительно, этот Благородный Фантазм достоин того, чтобы закрыть дело. Даже Слуги на главных ролях должны подчиниться его мощи. Однако радуйся тому, что не сняла печать Круглого стола полностью. Это сломало бы Адда.
— А…
Я кое-что вспомнила.
Адд почти ни разу не просыпался после происшествия на «Рельсовом цеппелине». Выходит, ему нужно было оправиться?
— Это очень сложный Тайный знак, который может восстанавливать себя до определённой степени. Однако полного снятия печати он не выдержит. Да, копьё несовершенно, однако полное высвобождение его силы не стоит недооценивать. Впрочем, я тебя не виню. Даже для оригинала это была та ещё проблема.
— Оригинала?
— А ты не заметила? На память Адда наложили ограничения, но это стало очевидно после того, как из него появилась личностная модель сэра Кея. Ему даже удалось создать успешную симуляцию Благородного Фантазма, пусть это и произошло в воображаемом пространстве внутри оригинала.
После паузы алхимик института Атлас заявил:
— На самом деле ядро Адда – Реплика Логос Реакта.

*


Слова алхимика засели в моём сердце, словно шипы, которые я не могла извлечь. Возможно, учитель уже заметил это. Как и сказал Зепия, это была истина, которую можно было постичь, сложив вместе несколько умозаключений. Учитывая способности моего учителя, я бы удивилась, если бы он не заметил.
Однако…
Что насчёт вероятности поломки Адда?
Мне не так уж часто приходилось высвобождать Ронгоминиад. Но я не могла с уверенностью сказать, что не сделаю это ещё раз, если наше с Хартлессом противостояние не прекратится. Да ещё и Война за Святой Грааль…
Стану ли я использовать Ронгоминиад, если под угрозой окажется жизнь учителя или Райнес?
Этот вопрос не давал мне покоя. Впервые в жизни я так на чём-то зациклилась.
На следующее утро я покинула общежитие и направилась в сторону Друид-стрит.
Было прохладно, и каждый мой выдох зависал в воздухе белым облаком. Если бы я рассказала всем в Лондоне, что несколько дней назад изнывала от летней жары, то мне бы никто не поверил.
Занятия в классе Эль-Меллоев были приостановлены, потому что учитель, самая важная фигура, ещё не вернулся. Да, помимо него, на факультете современной магии были и другие первоклассные преподаватели, возглавляемые Шарданом, однако без учителя в классе, казалось, чего-то не хватало.
Я свернула с Друид-стрит в переулок, окутанный барьером.
В эту квартиру порой наведывался незваный гость в лице Иветт, поэтому окрестности часто патрулировали другие ученики, чтобы вовремя её вылавливать. Дуэлям не было числа, пока учитель не прогнал вообще всех… Я сама не так давно была тому свидетелем.
Поднявшись по спиральной лестнице, я несколько раз постучала в дверь, прежде чем войти. Она была не заперта, и стоило мне оказаться в прихожей, как моим глазам предстал невероятный беспорядок, царивший в комнате. Книги, документы, одежда, сигареты, пузырьки, судя по всему, с лекарствами, бутылки с алкоголем, консервы и другие вещи – всё это создавало невообразимый хаос.
Мои губы сами собой изогнулись в улыбке, когда я увидела посреди этого бардака знакомую фигуру.
Возможно, он чересчур расслабился, подумала я. Учитель полулежал на диване, отвернувшись от репродукции картины, на которой было изображено разрубание гордиева узла. Если говорить точнее, он лежал на спинке дивана. В руках учитель сосредоточенно сжимал геймпад.
— Учитель, я принесла напитки и закуски, как Вы просили.
— Спасибо, положи их вон там, — сказал учитель с сигаретой во рту, вперив немигающий взгляд в LCD экран.
На подбородке у него была небольшая щетина. Вероятно, он просидел так всю ночь. Учитель остался дома, чтобы отдохнуть и полностью оправиться, но я не ожидала, что всё это время он проведёт за видеоиграми.
Нет, беру свои слова назад. Я предвидела, что этим всё закончится. В конце концов, это был мой учитель.
Я вздохнула.
— Вы позволите хотя бы привести в порядок Ваши волосы?
— Делай, что хочешь, — сказал учитель, не отрываясь от экрана.
Заметив, что взгляд учителя был слишком уж пристальным, я невольно начала переживать, но все проблемы со зрением, вероятно, можно было как-то решить с помощью магии. Если он всё-таки испортит себе глаза, то, наверное, будет ворчать целую неделю о том, что в счёте от обычного окулиста было бы на один нолик меньше.
Как бы то ни было, я попросила учителя сесть таким образом, чтобы мне было удобнее расчёсывать его волосы, и аккуратно приподняла одну прядь. Взяв расчёску, я принялась за дело.
Несмотря на то, что учитель вёл довольно безалаберный образ жизни, его волосы почти не секлись. Дело было в каком-нибудь заклинании? Мне было известно, что он отрастил их ради магии, но я вспомнила, как он посмеялся над собой, заявив, что для мага-мужчины в этом не было ни плюсов, ни минусов. Впрочем, критиковать себя, продолжая при этом что-либо делать, было вполне в стиле учителя.
Похоже, сейчас он играл в какую-то ролевую игру. Каждый взмах меча рыжеволосого главного героя в доспехах сопровождался смертью одного из монстров с причудливым эффектом. Учитель много во что играл, но больше всего ему, видимо, нравились японские ролевые игры.
— Можно спросить?
— Если тебя не смущает, что я играю.
Когда я услышала этот ответ, мне почему-то стало радостно. Но только чуть-чуть.
Я окинула взглядом предметы на столе.
— Это принёс мистер Мелвин?
— Да. Он заглянул в тот день, когда мы вернулись, и всучил мне кучу магических снадобий, консервы и вино. Мне хотелось есть, поэтому я не стал отказываться.
— Ясно.
Половина из всего этого действительно была важна, остальным же можно было пренебречь. Это было очень похоже на Мелвина. Он понимал, что учитель не станет отказываться от вещей, которые ему необходимы в конкретный момент времени. Однако он, скорее всего, указал все свои гостинцы в списке услуг, которые учителю придётся оказать. Этот самопровозглашённый лучший друг был щедр, но подсчитывал долги, словно дьявол.
Однако.
То, что он действительно беспокоился и навестил учителя, порадовало меня.
Это дело слишком нас истощило.
Нам удалось раскрыть его, но мы оба вернулись со шрамами. Может, их нельзя было увидеть, но они могли повлиять на наше желание двигаться дальше.
Впервые обошлось без смертей. Мы смогли спасти мою мать и отца Фернандо, и мне следовало бы испытывать радость и удовлетворение по этому поводу, но меня одолевало лишь липкое чувство усталости.
Возможно, потому что это был не конец.
Ещё ничего не закончилось. Мы не добрались до самой важной части.
Какое-то время в комнате раздавались лишь звуки игры, дыхание и мягкий шорох, с которым расчёска скользила по волосам.
Затем учитель внезапно произнёс:
— Мне не стоило задавать тот вопрос.
Я без всяких пояснений поняла, что он имел в виду.
Тогда учитель спросил Зепию, правильный ли он сделал выбор.
— Мне казалось, что я хотя бы немного вырос, но нет, ничего не изменилось. Я остался тем же юнцом, каким был. Человеку действительно очень сложно измениться.
— Вы сказали нечто подобное при нашей первой встрече.
Мне вспомнились его слова.
«Я нисколько не вырос. С тех пор ничего не изменилось. Я ни на дюйм не приблизился к становлению тем человеком, которым я хочу быть».
Мне казалось, что эти слова сочились кровью.
Наверное, именно поэтому я решила следовать за ним. Я подумала, что, даже если этот человек не даст мне правильный ответ, мы будем страдать вместе.
Я не ошиблась.
Однако я даже не представляла, что до страданий всё-таки дойдёт.
— Мне надо взрослеть даже больше, чем Вам. Постоянно хочется кричать: «Кто-нибудь, скажите, что я поступила правильно».
— Получается, мы оба те ещё лентяи, да?
— Возможно, — кивнула я, расчёсывая его волосы.
В комнате ненадолго вновь воцарилось молчание. Главный герой игры носился по экрану, словно угорелый. Похоже, дело близилось к концу. Страницы его книги уже были заполнены заклинаниями. Я невольно посчитала ироничным то, что учитель управлял персонажем, владеющим магией.
— Я хочу кое-что тебе сказать, — пробормотал учитель, всё ещё не отрываясь от экрана. — Береги своих друзей. Даже если ситуация станет невыносимой, тебе не нужно платить какую-нибудь странную цену ради меня. Я уже смирился с тем, что мне приходится полагаться на своих учеников, но если они будут страдать по моей вине, то лучше уж мне сдохнуть.
— …
Он видел меня насквозь.
Адд всё ещё спал и поэтому не мог вмешаться.
Учитель продолжал играть. Его лицо было настолько невозмутимым, что он, казалось, ненавидел саму жизнь. Он уже понял, что меня тревожило, или же ему было всё равно? Или же он испытывал то же, что и я?
— Ладно, — кивнула я. Внезапно, у меня в голове промелькнула озорная мысль. — Знаете, учитель, это нечестно.
— О… Э-э-э, правда?
— Да. Вы постоянно просите всякое у других, но сами всегда идёте на жертвы. Это слишком безответственно.
— Прости, — искренне произнёс он, повесив голову.
— Прощаю. Но Вы должны ответить на мой вопрос.
— Какой?
Я тихо выровняла дыхание, продолжая расчёсывать его волосы.
Мне хотелось задать этот вопрос последние несколько дней. Я поспешно собрала свои мысли в более-менее внятную форму и произнесла:
— Во время второго круга Вы сказали, что Вам не хватило смелости встретиться с той версией меня, которая Вас не знала.
— Ты всё ещё это помнишь, — учитель нахмурился.
Похоже, ему не хотелось думать о том, что он тогда сказал.
На самом деле мне тоже неловко было об этом вспоминать. Если бы учитель не узнал меня тогда, это наверняка сломило бы меня. Возможно, даже физически.
Однако я должна была узнать ответ. Несмотря ни на что.
— Хватит ли Вам смелости встретиться с той версией короля, которая Вас не знает?
— …
Он ответил не сразу.
— Наверное, Вы уже морально подготовились к этому, да? На «Рельсовом цеппелине» Вы сказали, что не сможете отплатить за всю радость от тех воспоминаний, даже если посвятите этому всю свою жизнь. Но готовность ещё не означает, что Вам хватит духа, верно? Что вообще нужно сделать, чтобы обрести такую смелость?
Мне тоже нужна была смелость, чтобы навестить мою мать, не ломая голову над тем, что сказать. Чтобы не ждать, пока Адд или Райнес не заметят моих переживаний, и самой открыть им правду. Чтобы дать знать всем вокруг, что если бы не они, то я бы боялась даже закрывать глаза по ночам. Что мне нужно сделать, чтобы стать настолько храброй?
Несколько секунд в комнате раздавалось лишь щёлканье кнопок геймпада.
Я буду ждать. Я не считала себя терпеливым человеком, но порой могла ждать очень долго.
И наконец…
— Поскольку
 
AkagiДата: Суббота, 09.07.2022, 12:20 | Сообщение # 47
Wild Card Owner
Группа: Администраторы
Пол:
Сообщений: 464
Награды: 11
Репутация: 24
Offline


Том 8

「Дело о Суде Великих (часть первая)」





Сон


Очнувшись, юноша с немалым усилием огляделся. Он находился в узком переулке.
В ноздри заползала сильная вонь, похожая на запах гниющего мусора. Мозги словно проржавели; он попытался встать, цепляясь за стену, но ему это не удалось. Наверное, сейчас его бы с лёгкостью одолела даже еле живая старая крыса из сточной трубы.
— Ах… Ох…
Дыхание давалось с невероятным трудом.
Каждая клетка его тела лишилась огромного количества од. Словно борющийся за жизнь утопающий, он вложил всю свою энергию в управление Магическими цепями. Однако цепи были подобны крану, который никак не желал открываться и выдавливал из себя лишь несколько капель воды. Но юноша продолжал отчаянно накапливать магическую энергию, чтобы усилить себя и подняться на ноги.
Казалось, прошло немало времени.
Юноша мог бы с лёгкостью высохнуть и умереть здесь вместе со своими мыслями. Однако он сосредоточил все свои силы на магической энергии. Больше ему ничего не оставалось.
Прошло десять минут? Или, может, час?
Юноша резко поднял взгляд.
Он ощутил, как ему на лоб упали холодные капли.
В Лондоне моросил дождь. Ни у кого из прохожих на главной улице не было зонтика в руках, однако дождь, обволакивавший его, словно шёлк, пробудил в нём некую сильную эмоцию, которую было сложно описать.
Сперва эта эмоция возникла от капель дождя, но вскоре юноша понял, что её источником было также нечто над его головой.
«Откуда здесь небо?..»
А, вот почему.
Он наконец-то понял, в какой ситуации оказался.
Он уже был «снаружи». «Всплыл» на поверхность из лабиринта… нет, из отдельного мира, в котором он жил раньше.
Однако вместо радости или возбуждения юноша испытывал ужас.
Более того, он всё ещё не мог пошевелиться.
Скорее всего, он использовал всю свою энергию на последний рывок, чтобы добраться до поверхности. Его од и снаряжение исчезли. Юноша ощущал что-то тёплое и липкое в районе живота. Вероятно, кровь. Он не знал, сколько крови потерял, но был уверен, что вскоре умрёт, если ничего не предпримет.
Однако для этого нужно было подняться на ноги.
Сил хватало только на то, чтобы пошевелить одним пальцем, но он должен был выбраться отсюда.
Иначе всё, что он сделал, пропадёт впустую. Его не спасут. Пусть ползком, но нужно было двигаться.
Когда он уже собрался с мыслями, кто-то вдруг произнёс:
— Пытаешься спрятаться?
В тёмном углу возвышалась чья-то фигура.
«Какое сейчас время года? Зима?» — почему-то подумал он.
Незнакомец был одет в тёмно-зелёную куртку поверх костюма цвета морской волны. Его бледная кожа напоминала мрамор и резко контрастировала с огненно-рыжими волосами, из-за чего внешность мужчины было довольно сложно забыть.
Несмотря на то, что он стоял совсем рядом, юноша не чувствовал в нём жизни. Испугавшись, он рефлекторно выхватил из-за пояса жертвенный кинжал. Небольшой клинок с лунным светом внутри был усилен. Юноша не сомневался, что им удалось бы разрезать железо, словно подтаявший кусок масла. Вложив в кинжал всю магическую энергию, которую ему с огромным трудом удалось скопить, он нанёс удар снизу-вверх.
Незнакомец спокойно посмотрел на клинок.
— Хм. К сожалению, этого недостаточно, чтобы убить меня.
— А… О-о-о…
Коснувшись куртки, кинжал замер.
Он понимал, что это была, вероятно, какая-нибудь защитная магия. Однако, у него не получалось сообразить, как именно она работала. Может, незнакомец увеличил плотность воздуха, может, изменил направление силы… В любом случае он был гораздо более опытным магом.
— Всё-таки я глава факультета современной магии.
От этих слов по спине юноши пробежали мурашки.
Он знал, что из двенадцати факультетов только у этого не было Лорда. Он появился относительно недавно, и поэтому ни одна из выдающихся семей, имеющих отношение к Лордам, не желала его возглавить.
Если так, то юноша, обычный нью-эйджер, был бессилен, какие бы трюки в рукаве он ни прятал.
Дело было не только в этом.
Юноша полностью утратил контроль над своим телом.
Он отчаянно пытался вновь активировать Магические цепи, но не мог. Казалось, все его нервы с хирургической точностью удалили.
Рыжеволосый незнакомец невозмутимо посмотрел на застывшего юношу.
— Ты ведь Выживший, верно? И к тому же необычный, — зная, что юноша не сможет ему ответить, мужчина криво улыбнулся. — Это и без дедуктивного мышления понятно. Твоя одежда выглядит слишком устаревшей.
На него накатила волна ужаса.
Этого он не ожидал. Юноша знал, что мир на поверхности был совершенно другим, но даже не думал, что одежды это тоже касалось.
— Кроме того, я чувствую хаотичную магическую энергию лабиринта(Альбиона). В конце концов, трещины(порталы) появляются очень редко.
Мужчина поднял руку, прикрытую рукавом куртки.
Юноша понятия не имел, какую магию незнакомец собирался использовать, но знал, что это заклинание с лёгкостью уничтожит его сознание.
Он приложил столько усилий, чтобы добраться сюда. А теперь всё, включая идеалы его товарищей, исчезнет и потеряет смысл.
Нет. Это было единственное, чего он не мог вынести. Одна лишь мысль об этом была страшнее смерти. Он не падёт здесь, так ничего и не достигнув, и неважно, выдавят ему глаза или же разорвут на куски…
— Ух… а-а-а… — слетело с его парализованных губ.
Мужчина, назвавшийся главой факультета современной магии, вероятно, ослабил заклинание, чтобы юноша мог нормально говорить. Однако Магические цепи всё ещё не работали должным образом. Он по-прежнему был бессилен.
Лишь сильный порыв обжигал его горло, и юноша не выдержал.
— ----------------!
Юноша не запомнил, что именно прокричал. Но он знал, что это были все самые грубые и жалкие слова. Он кричал, словно глупец, который ничего не добился.
Однако…
Последний момент так и не настал.
Юноша поднял взгляд и лишь тогда осознал, что к нему вернулась способность двигаться.
— Вы здесь не для того, чтобы схватить меня?
— А, так вот что ты подумал, — на лице мужчины возникло некое замешательство. Он словно сам не понимал, что делает.
— Почему?.. — юноша посмотрел на свою руку.
Но закончить вопрос он не успел.
Рыжеволосый мужчина уже развернулся.
— Давай за мной.
По какой-то причине ему не хотелось противиться. Этот незнакомец вполне мог заставить его подчиниться, но он последовал за ним по собственной воле.

*


Пока они шли, юноша озирался.
Это был красивый город.
Дорога была вымощена камнями, словно окроплёнными лунным светом, а вдоль неё, создавая сплочённую линию, тянулись кирпичные здания, каждое из которых выглядело уникально, но в то же время идеально сочеталось со своим соседом. Некоторые элементы противоречили друг другу, но это любопытное зрелище, вероятно, было как-то связано с историей города.
Один из знаков гласил, что это был лондонский квартал Сохо. Юноша вспомнил, что это название произошло от охотничьего клича. Однако он даже представить себе не мог, что город, по которому они шли прямо сейчас, будет так сильно отличаться от того, про который он узнал в прошлом. В то же время осознание того, что «потолок» этого мира был таким цветастым и ярким, отзывалось в нём болезненным чувством.
— Ветер с Темзы холоднее, чем я ожидал.
Насколько он помнил, мужчина упомянул название реки, протекавшей через Лондон. Действительно, ветер был довольно сильным. К тому же шёл снег. Маленькие белые кристаллы, блестевшие в свете уличных огней, напомнили ему цветочную пыльцу, которая время от времени встречалась в лабиринте. Окружённые снежинками, они миновали множество людей. Некоторые бросали на них подозрительные взгляды, однако все они проходили мимо, напевая мелодии и выдыхая пропитанные запахом эля облака пара, словно считая, что здесь подобное зрелище было в порядке вещей.
Юноше сложно было поверить в то, что никто из них не был магом.
— Никогда не видел обычного человека?
— Разумеется, я… Нет, не видел.
Юноша осёкся и сказал правду, нехотя кивнув.
— Я видел изображения… но под землёй… ночи как таковой не существует. Освещение иногда подстраивается, чтобы помочь со сном и повысить продуктивность… но не более того.
— Значит, ты провёл там довольно много времени после того, как спустился в лабиринт.
— Нет, — в этот раз юноша покачал головой. — Я не спускался туда. Я там родился.
— Ого.
В голосе мужчины впервые прозвучало удивление.
— Мне доводилось разговаривать с несколькими Выжившими, но я впервые встретил того, кто родился в лабиринте. Значит, вот почему ты так отреагировал, — пробормотал он, не глядя на юношу.
Несмотря на явное удивление в голосе, незнакомец оставался спокойным и сосредоточенным. Юноша был слаб, поэтому о бегстве не могло быть и речи. Он не особо боялся того, куда его вёл незнакомец, да и выбора у него всё равно не было.
Минуя один фонарный столб за другим, они наконец-то остановились у прямоугольного здания.
— Это… квартира?
— Да. У факультета современной магии не так много денег и финансовой поддержки, как у остальных, поэтому позволить себе всякие особняки мы не можем.
Сказав это, незнакомец открыл дверь.

*


Утром тёплые солнечные лучи заставили юношу сесть.
— Солнце… — пробормотал он. Свет был ярким и величественным. Под землёй ничего подобного не существовало.
Пока он спал, его накрыли чистым одеялом. Аккуратно сложив его, юноша открыл дверь, ведущую в соседнюю комнату. Рыжеволосый мужчина сидел за круглым столом в центре гостиной.
— Хорошо спалось?
— Эм… Да.
Видимо, кровать была очень хороша, потому что он спал без задних ног.
Мужчина смотрел выпуск новостей. Под землёй тоже попадались места, где были установлены телевизоры, но юноша не мог сказать наверняка, что канал был ему знаком.
Мужчина своими тонкими пальцами достал из кармана часы, а второй рукой надавил на крышку френч-пресса. Поршень плавно опустился, и комнату наполнил богатый аромат кофе.
— Возможно, магам более присуще подавать гостям крепкие напитки, но я не люблю алкоголь, а сейчас как раз время для кофе. Тебе налить?
Ему вручили чашку, от которой исходил такой же аромат. Он осторожно взял её и сделал глоток. Горький напиток окутал его язык, после чего сразу же принял освежающий вкус, от которого запершило в горле. Юноше никогда не доводилось должным образом оценивать вкус чего-либо, но он почему-то был уверен, что ему подали кофе высочайшего качества.
Вкус был такой, словно что-то, замороженное давным-давно, наконец-то растаяло.
Он стиснул зубы.
Нельзя было терять бдительность. Для него мир на поверхности был даже более опасен, чем лабиринт. Он не мог позволить себе расслабиться.
Юноша проглотил кофе, поставил чашку на стол и произнёс, вытерев губы рукой:
— Почему Вы так добры ко мне? Вы же знаете, что я сбежал из лабиринта, используя нестандартные методы. Разве работа мага Часовой башни не заключается в том, чтобы поймать меня?
— Подожди, — сидевший напротив мужчина поднял руку. — Я ещё не придумал, как тебе всё объяснить. Нет никаких гарантий, что мои слова не причинят тебе вреда. А раз так, не лучше ли просто забыть про этот вопрос?
Ответ был странным, но юноше расхотелось спрашивать что-либо ещё. Впрочем, мужчина был прав. Если ответ приведёт к тому, что его поймают, то лучше будет прикусить язык.
Глядя на замолкшего юношу, мужчина произнёс:
— Если уж тебе так хочется знать, почему я тебе помог, то причина процентов на тридцать заключается в том, что мой бывший учитель, наверное, поступил бы так же.
— Бывший учитель?
— Да. Я про мистера Нориджа, которого часто называют «Длинноногим папочкой» Часовой башни. Если ему попадётся кто-нибудь многообещающий, то он обязательно поможет. Однако «многообещающий» не значит «талантливый». Порой им просто движет самый обычный интерес.
Мужчина налил себе кофе и медленно поднял чашку. Наблюдая за тем, как подрагивает поверхность тёмной жидкости, он прищурился. Лишь в этот момент юноша заметил следы пурпура в его чёрных зрачках.
— Да. Я помог тебе лишь потому, что кто-то однажды помог мне. Не сочти это за доброту. Думаю, можно сказать, что я сделал это из прихоти, вызванной чистым любопытством.
Это всё ещё нельзя было назвать нормальным ответом, но юноша почему-то принял слова мужчины без особых проблем. Поэтому он глубоко вздохнул и сказал:
— Вы не могли бы взглянуть на это?
Он достал из кармана небольшой свёрток и аккуратно разложил на столе его содержимое. Всё эти вещи походили на детские «сокровища». Среди них были кристаллы, покрытые грязью растения и окаменелости размером с ладонь.
— Можно?
Юноша кивнул, и мужчина начал внимательно изучать предметы.
— Это кусок кристаллизованной магической энергии примерно ранга D, а это высохшие корни духа. Судя по волокнам, они росли рядом с огнём. Найти всё это на поверхности попросту невозможно. Хм, фрагменты фантазменных видов… грива келпи… крылья призрачной бабочки… о, ещё зубы молодой химеры. Видимо, она стала жертвой других фантазменных видов, так и не научившись охотиться самостоятельно, поэтому поверхность зубов осталась неповреждённой. Удивительно.
Похоже, он с первого взгляда опознал всё, что лежало на столе.
Факт того, что ему удалось проанализировать амулеты, которые на поверхности были большой редкостью, сильно удивил юношу. Наверное, благодаря такому намётанному взгляду мужчине и удавалось выживать в мире магии.
Тщательно изучив все предметы, мужчина кивнул.
— Впечатляет. Безупречно всё, начиная с количества и заканчивая чистотой таинства. Даже если продать эти вещи по дешёвке, на вырученные деньги можно купить как минимум три особняка.
Недолго думая, юноша спросил:
— Тогда, может, купите?
Для этого он и поднялся на поверхность.
Помолчав немного, мужчина провёл одной рукой по рыжим волосам, а вторую прижал к виску.
— Покупками предметов из лабиринта ведь заведует тайный отдел извлечения? — спросил он. — Разумеется, здесь их можно продать примерно за такую же цену. Так отдел и зарабатывает деньги. Многие пытаются раздобыть их самостоятельно, но мало кому удаётся. Входы в лабиринт можно пересчитать по пальцам одной руки, но если наладить непосредственную торговлю между покупателями и добытчиками, то их будет ждать огромная прибыль.
— В таком случае…
— Прости, но я вынужден отказаться.
— Почему?! — юноша сам не заметил, как повысил голос.
Мужчина в ответ сделал глоток кофе и спокойно произнёс:
— Я ведь уже сказал прошлой ночью. У факультета современной магии денег и влияния не так много, как у других. Даже если я приму твоё предложение, у меня нет оборудования, чтобы нормально их использовать. Да и по головке меня не погладят, если кто-нибудь узнает об этом. Я не думаю, что нарушение правил обязательно заслуживает наказания, но минусы всё равно перевешивают плюсы.
— …
Юноша быстро собрал разложенные на столе амулеты и склонил голову.
— Спасибо Вам за помощь. Я никогда этого не забуду.
Его лицо будто полыхало огнём. Ему было стыдно за то, что он не учёл интересы другого человека. Юноша развернулся, чтобы уйти, но его остановил спокойный голос.
— Подожди. Вот, возьми это.
Мужчина достал какой-то блокнот и что-то написал в нём перьевой ручкой. Это была чековая книжка.
Ещё больше юноша удивился тому, что мужчина вписал туда ожидаемую сумму.
— Вы же… сказали, что не будете покупать, разве нет?
— Верно. Покупать амулеты крайне рискованно, но в будущем всё может измениться. Заглядывай почаще, и я, может быть, передумаю. Я не знаю, как именно, но ты смог нелегально вынести предметы из лабиринта. А это, как ты уже слышал, никому ещё не удавалось. Значит, у тебя есть потенциал, верно?
На лице мужчины застыло странное выражение, словно в нём смешались неуступчивый политик и честный учёный.
Юноша посмотрел на мужчину, затем на чек, лежавший на столе, и погрузился в молчание.
Спустя какое-то время он внезапно спросил:
— Тогда почему Вы не пленили меня, чтобы выпытать, как мне удалось покинуть лабиринт? Так поступил бы любой маг, не так ли?
Он всегда этого боялся, но не смог удержаться.
Однако у него возникло чувство, что он не сможет заставить себя взять столь желанный чек, если не услышит ответ.
Рыжеволосый мужчина раздражённо вздохнул.
— Должно быть, я набрался дурных привычек у Нориджа. Другими словами, когда я сталкиваюсь с чем-нибудь интересным, мне невольно хочется узнать, что будет дальше. Учитель всегда казался мне странным, но его семья была такой целыми поколениями, — сказал мужчина, окружённый завитками кофейного дыма. — Считай это инвестицией. К чеку приложены условия, так что, если тебе удастся вернуться сюда…
Юноша навсегда запомнил его следующие слова. Они изменили всю его жизнь и связали с этим мужчиной.
— …позволь взять тебя в ученики.
В комнате воцарилось молчание.
Рука юноши задрожала.
Он обхватил кружку обеими ладонями, чтобы не пролить напиток, сделал большой глоток и подождал, пока замысловатый горький аромат не отрезвил его разум. Он изо всех сил пытался заглушить все эмоции в своём сердце и спокойно обдумать предложение, но быстро сдался.
Юноша не знал, как правильно вести себя в такой ситуации, и поэтому поклонился, чтобы выглядеть как можно более почтительно.
— Могу я узнать Ваше имя, сэр?
Он сам не заметил, как его речь стала предельно вежливой.
И мужчина ответил.
— Я доктор Хартлесс. Можно просто «доктор» или «Хартлесс». Тут уж как хочешь.

*


— …
В этот момент она проснулась.
Казалось, её сон длился очень долго. Нет, это было неправильное описание. Однако ощущения, сохранившиеся в её теле, мало чем отличались от чувства пробуждения при жизни. Просто ей не доводилось прежде видеть сны других людей.
Она села, взяла стоявшую рядом с кроватью бутылку и налила себе немного вина.
Вчера она уже выпила один бокал. Тогда он показался ей очень резким, но за ночь воздух смягчил его. Смесь мягкого фруктового аромата и танина оставила горьковато-сладкий привкус на её языке, словно пьянящий шарм прекрасной танцовщицы из далёких земель, с которой она когда-то встретилась, прежде чем исчезнуть во тьме.
Она вспомнила, что это было импортное вино из Испании, однако наука о виноделии, к сожалению, не относилась к знаниям о современном мире, которыми её одарили. Призыв сам по себе был большой редкостью, так почему бы не добавить такую информацию в качестве приятного дополнения?
Аромат исходил не только от бутылки вина. Вся комната была пропитана запахом спелого винограда.
Похоже, это укрытие некогда было винным погребом. Современное вино обладало более сложными вкусами, насладиться замечательным разнообразием которых она могла, не выходя из комнаты.
Ей нравилось, как изменился этот напиток за прошедшие века.
«Дары нашего бога по-прежнему процветают», — подумала она.
Этим богом был Дионис, покровитель виноделия и изобилия, которому поклонялись в таких регионах Греции, как Македония. «Юного Зевса» почитали в тайных культах и любили в самых разных землях.
Царица Олимпиада, которой она служила, была одной из его последователей.
Овладев магической энергией, полученной от Диониса, она стала волшебницей Эпохи богов под началом великого Искандера. Это была история её прошлой жизни или, если выразиться иначе, её юности.
Она никогда не думала, что станет Слугой и вновь окажется в этом жалком мире.
— Ах, вот бы и дальше оставаться мёртвой, — произнесла она.
Тогда ей не пришлось бы принимать участие во всём этом балагане. Она бы не узнала, что её бывшие товарищи развязали войну с диадохами. Ей не нужно было обвинять себя с братом в некомпетентности, потому что они умерли прежде, чем что-либо изменить.
Однако она не презирала мага, который её призвал. Просто внутри неё была пустота от осознания того, что её обещание было напрасным.
— …
Её взгляд сместился в другую часть комнаты.
Там, среди старых деревянных бочек и стеллажей, стоял рыжеволосый мужчина, который будто не услышал того, что она сказала. Зелёная куртка и молодое лицо были такими же, как и во сне.
— Мастер.
Это слово вызвало у неё странное чувство.
В прошлом она служила лишь троим: брату, царю и женщине, которая её создала, Олимпиаде.
В этот же раз она не клялась в верности. Её отношения с Мастером были обусловлены обычным магическим контрактом, взаимовыгодной сделкой. Она служила ему лишь временно.
Доктор Хартлесс. Бывший глава факультета современной магии. Окинув взглядом его спину, она подняла бутылку вина и спросила:
— Тебе налить, Мастер?
— Я ведь уже говорил, что не люблю алкоголь.
— Хмф. Ты не пьёшь, потому что не хочешь? Странная причина отказываться от столь замечательного вина.
Ну и ладно. Ей больше достанется. Она небрежно налила в бокал ещё вина.
«Это дары наших прославленных богов», — промелькнуло в её слегка опьяневшей голове.
Она закрыла глаза, смакуя аромат, после чего вновь посмотрела на Хартлесса.
Ей по-прежнему был непонятен его образ жизни. Она думала, что такое своеобразие личности было присуще любому магу этой эпохи, но недавно до неё начало доходить, что он просто плохо уживался с другими людьми.
Он напоминал ей того тощего мага. А ещё Эвмена.
Она вспомнила Лорда, с которым сражалась на «Рельсовом цеппелине», Эль-Меллоя. Тот непримечательный маг с недовольным выражением лица и сигарой во рту общался со всеми вокруг, но его это, похоже, совсем не радовало. А ещё его, вероятно, любили ученики.
Какой раздражающий человек.
Тот третьесортный маг не только посмел призвать её царя в качестве Слуги, но ещё и надменно называл себя его последователем. Он был глупцом, который вмешался в сон величайшего правителя во всём мире.
— Горьковато.
— Разве? Вряд ли пробка была с дефектом.
— Дело не в этом. Просто мои эмоции влияют на вкус вина. Полагаю, это не изменилось даже после моего становления Слугой.
Она наклонила бокал сначала в одну сторону, затес в другую.
Свет от свечи, стоявшей в углу комнаты, упал на напиток, растворяясь в его бархатистом оттенке. Будучи изысканнее всего того, что она пила при жизни, это было вино, сделанное человеческими руками, и она чувствовала гордость винодела в каждой капле.
Ей вспомнились дни, когда она подолгу беседовала с царём и воинами, пережившими множество битв.
С её губ сорвался вздох.
— Слугам не снятся сны, — сказала она.
— Да, я слышал об этом.
— Сны – привилегия живых. Где бы мы ни были, мы всего лишь фрагменты героев прошлого, временная запись, которую просто кто-то запустил.
Это была неопровержимая истина. «Героическая душа», конечно, звучало красиво, но это также означало, что они не принадлежали настоящему времени.
— Но я видела странные галлюцинации. Это были твои воспоминания?
— …
Её Мастер ничего не ответил.
Это было ожидаемо, поэтому она не стала давить на него и отвела взгляд. Ей просто хотелось поговорить об этом. Если это было одно из воспоминаний Мастера, снова засыпать ей не очень-то хотелось. Но, поскольку она была лишь временной гостьей в этом мире, над этим не нужно было задумываться всерьёз.
Её класс Фэйкер создал сам Хартлесс, он не относился к стандартным классам Войны за Святой Грааль. Поэтому в наличии «странностей» не было ничего удивительного.
Однако.
Кое-что она всё-таки услышала.
— И кто же из нас Выживший?
Будучи Героической душой, она не упустила ни слова, но не поняла, что он имел в виду.
Хартлесс вновь с головой погрузился в работу. На стене перед ним висела карта улиц Лондона, запечатлённая на тонком пергаменте.
Похоже, она не была ни древней, ни современной. Изображённый под городом дракон был достаточно большим для того, чтобы проглотить целую планету, и готовился зарыться ещё глубже в землю.
 
AkagiДата: Суббота, 09.07.2022, 12:23 | Сообщение # 48
Wild Card Owner
Группа: Администраторы
Пол:
Сообщений: 464
Награды: 11
Репутация: 24
Offline


Глава 1


1

«Лекции Лорда Эль-Меллоя II временно приостановлены. В течение следующего месяца все занятия по современной магии будет вести преподаватель второго класса Шардан».
Это уведомление, подписанное моим учителем, было вывешено вчера на доске объявлений.
Разумеется, поднялся большой переполох, и сразу же после появления уведомления орда учеников, включая вольнослушателей, которых обычно было процентов семьдесят, вломилась в кабинет учителя, но к тому моменту он уже бесследно исчез из штаб-квартиры в Часовой башне и со Слюр-стрит. Другие преподаватели были не в курсе, куда он пропал и по какой причине, поэтому всем ученикам оставалось лишь признать поражение и вернуться к занятиям, которые перенесли на пару часов.
Сегодня тише не стало, и несмотря на обычный распорядок среди учеников продолжались бурные обсуждения. Похоже, они решили организовать отряды и отправиться на его поиски. Поскольку поездки учителя в связи с полевыми исследованиями не вызывали такого шума, они, наверное, заметили, что что-то изменилось.
Однажды они даже перехватили мистера Шардана в одном из зданий штаб-квартиры и устроили ему самый настоящий допрос.
— На Друид-стрит его нет. Наш фамильяр не заметил там никого, похожего на него.
— Он не так уж хорош в магии сокрытия, значит, его там не может быть. Однако, если ему помог спрятаться мистер Мелвин или кто-то ещё… А, прошу прощения. Моим автоматическим записям также ничего не удалось собрать. Может, у Свена получится выследить его?
— Флата и Свена нет уже два дня.
— Убежали куда-то?
— А что насчёт его любимицы?
— Тут тоже тупик. Её видели, но к ней не подойти, она сразу же убегает. Эта девчонка слишком хороша в усилении. Чтобы поймать её, нам потребуются духи леопардов и руны для ловушки. Я подготовлю катализаторы для духовной эвокации, но на это уйдёт три дня.
- А… С ней всё гораздо сложнее!.. Раз такое дело, я возьму все артефакты, которые у меня есть…
Они походили на членов какого-нибудь сверхъестественного детективного агентства. Если все ученики класса Эль-Меллоев всерьёз возьмутся за это, то они, возможно, смогут раскрыть пару десятков дел, связанных с исчезновением людей. Может быть, даже «организуют» несколько пропаж по примеру доктора Франкенштейна.
По коридору общежития двигалась шумная толпа.
Пропустив её, я осторожно выглянула из-за колонны, за которой пряталась. В лёгких словно горел огонь, потому что мне пришлось надолго задержать дыхание. Я приготовилась медленно вздохнуть, как вдруг…
— Грэй!
— !..
Мои плечи затряслись от шока. Так и не успев сделать вдох, я развернулась и увидела девушку с розовыми хвостиками.
— Это я!
— Мисс Иветт.
Иветт Л. Лерман.
Самопровозглашённая шпионка нейтральной фракции, называвшая себя девушкой с Мистическим глазом и откровенно говорившая о том, что намеревается стать любовницей моего учителя.
— Ну же, давай быстрее! — сказала Иветт, поманив меня к себе.
Она радостно прищурилась, когда увидела, как я подошла к ней на цыпочках.
— О, как мило с его стороны! Он передал сообщение через свою ученицу, но всё равно доверяет только мне!
— Учитель сказал, что от глаза Иветт и носа Свена всё равно ничего не спрячешь.
— Правильнее было бы сказать «Потому что надёжнее тебя никого нет!» или «Я не могу перестать думать о твоём роскошном теле, поэтому давай проведём ночь, полную любовных приключений!» Не медлите, учитель, покажите мне что чувствуете на самом деле!
У шедшей передо мной девушки мечтательно заблестел глаз.
Мы повернули за угол, и Иветт, убедившись, что поблизости никого не было, достала толстый конверт.
— Вот бумаги, про которые я говорила.
— Большое спасибо!
Внутри было много скреплённых документов.
Учитель сказал мне, что это важно и что я должна заполучить их, несмотря ни на что. Похоже, это были данные о людях в Часовой башне, но я мало что поняла. Несмотря на это, информация не считалась секретной, поэтому раздобыть её было довольно просто, обратившись к нужному человеку.
— Я сделала, как он просил, и нашла информацию о факультете современной магии и Часовой башне за последние сто лет. Разумеется, Мелуастеа уже в курсе. Я же всё-таки шпион, — сказала Иветт, как ни в чём не бывало поведав о своих шпионских делишках. Может, это было проявление хитрости, может, просто самая обычная доброта.
Я кивнула, не зная, что сказать. Иветт наклонила голову.
— Чем наш учитель сейчас занят?
— Мотается по местным отелям, нигде не задерживаясь более чем на два дня. Сказал, что хочет держать своё местонахождение в тайне ото всех, не только от учеников класса Эль-Меллоев.
— Хм, — девушка с хвостиками постучала пальцем по виску. — Мне понятно чувство постоянной настороженности. Важные люди в Часовой башне всегда о чём-нибудь переживают. Понятия не имею, сколько знают другие, но они чувствуют, даже если ты им не говоришь. Мы все маги, в конце концов.
Иветт прикрыла глаз.
Вероятно, всё было именно так. Я тоже размышляла о чём-то подобном. Причина, по которой в классе Эль-Меллоев поднялся такой переполох, заключалась не в исчезновении учителя. Поскольку все ученики были превосходными магами, они, наверное, почувствовали, как над городом нависла мрачная тень.
Учитель однажды сказал на лекции, что интуиция считалась незаменимым талантом для мага. После он в обычной для него манере нанёс удар самому себе, упомянув, что сам в этом не особо силён.
— Почему он внезапно решил так поступить? Тебе ведь что-то известно об этом, да? — спросила Иветт, заинтересованно посмотрев на меня. Я прижала документы к груди.
— Потому что…
Я думала над тем, сколько информации можно было поведать этой самопровозглашённой шпионке, одновременно вспоминая, как начался этот инцидент. Инцидент, который мог потрясти всю Часовую башню до основания.
Это произошло несколько дней назад…

*


Мы находились на крыше одного из лондонских небоскрёбов.
Я слышала, что власти недавно решили сделать небоскрёбы более экологичными путём посадки деревьев и превращения крыш в сады. Поскольку это место менялось со временем, то тут, то там с заметной скоростью начали возникать искусственные зелёные участки.
Однако эта крыша была другой.
Кажется, такие помещения назывались чайными комнатами.
В каком-то смысле это место было даже страннее, чем магия. В узком пространстве висели красивые полки с вазами, сделанными, казалось, из тонких кусков дерева и бамбука. Несмотря на то, что в особняке Райнес тоже было полно вещей высокого качества, я была очарована экзотической атмосферой, которую они создавали.
Особенно меня удивила сама комната.
Дерево, земля и бумага?..
Всё, начиная с колонн и заканчивая полом, было сделано из этих простых материалов. Я невольно представила, как этому месту придала форму чуждая нам культура и история.
Внезапно, кто-то протянул мне изогнутую чашку с чаем.
Дымящийся напиток насыщал воздух богатым ароматом. Чашка была странной, но в ней чувствовалась некая грация. Или, возможно, ради этого ей и придали такую форму.
— Можете сесть, как вам удобно, — сказала женщина. Её цветастое кимоно отличалось от фурисодэ, которое она обычно носила. С мягкой улыбкой на рубиновых губах она продолжила: — Стоять вам было бы проще, но я бы очень хотела, чтобы вы насладились столь редкой атмосферой.
— А… Хорошо.
По её словам, всё и так было сильно упрощено, однако по своей глупости я всё равно мало что понимала. Оценить должным образом чай, который она порекомендовала, мне тоже не удалось. Кажется, она сказала, что нужно намеренно пить чай как можно громче…
Пока я отчаянно пыталась вспомнить, как правильно вести себя на чайной церемонии, человек, сидевший рядом со мной, произнёс:
— Адасино Хисири.
В отличие от меня, он расслабляться не стал и сидел прямо.
С чашкой в руках он медленно перевёл взгляд на магессу.
Ей была Адасино Хисири с факультета политики. Это она пригласила нас в эту чайную комнату. В ходе наших расследований мы встречались – иногда даже выступали друг против друга – много раз.
Её силуэт напоминал распустившийся цветок.
Однако этот цветок, несомненно, был с шипами.
— Я благодарен за то, что Вы познакомили нас с японской чайной церемонией, но, как мне кажется, сейчас самое время поведать о том, зачем нас сюда пригласили, — сказал учитель, глядя ей прямо в глаза.
— Само нетерпение, — с недовольным видом пробормотала Хисири. — Я слышала, что вы недавно побывали в Уэльсе.
Я сразу же поняла, о чём шла речь. Она имела в виду мою деревню.
Там учитель встретился с директором института Атлас по имени Зепия Эльтнем Атласия и раскрыл события, связанные с королём Артуром и мной. Истина лишь подтвердила мою глупость, но от осознания того, что некоторые жители деревни были добры ко мне, с моей груди как будто сняли тяжёлый груз.
— Это не должно интересовать факультет политики.
— Вы, наверное, шутите, — сказала женщина со смешком, похожим на звон колокольчика. — Странно слышать такое, учитывая, что Вы столкнулись с директором института Атлас и экзекутором Святой Церкви. Недавно я слышала, как кто-то сказал, что факультет современной магии превышает свои полномочия.
— Это всё? — резко спросил учитель.
Его слова могли показаться провокационными, но на самом деле в этом обмене репликами не было ни следа эмоций. Для них это было лишь подтверждение выдвинутых предположений.
Такими и были разговоры между факультетом политики, стоявшим на страже порядка в Часовой башне, и Лордами, представлявшими Часовую башню как таковую?
Учитель с громкими звуками допил свой чай. Я слышала, что это было частью этикета. Несмотря на удивление, я осторожно последовала его примеру.
Хисири посмотрела на нас и продолжила:
— Боюсь, что нет. Я пригласила вас сюда, чтобы поговорить о моём брате, разумеется. О докторе Хартлессе.
Ценой небывалых усилий мне удалось удержать дрожь в плечах. Это имя несло для меня много значений.
— Я слышала, что мой брат был замешан в том деле.
— Да, - кивнул учитель.
Я вспомнила, что Хисири называла Хартлесса своим братом, потому что они оба были приёмными детьми Нориджа. Учитель говорил, что он был «Длинноногим папочкой» Часовой башни и основателем факультета современной магии. С этой точки зрения Норидж, скорее всего, был глубоко связан с моим учителем.
От такой судьбы было сложно убежать.
Мне пришла в голову мысль, что всё было предопределено давным-давно.
Как бы то ни было, учитель прищурился, услышав слова Хисири.
— Действительно, мы обнаружили следы Хартлесса в Уэльсе. Похоже, то было идеальное место для его экспериментов. Вы не будете против, если я не стану вдаваться в детали?
— Честно говоря, я бы очень хотела, чтобы Вы всё мне рассказали, — Хисири плавным движением достала конверт из своего кимоно.
— Что это?
— Можете опираться на это, когда решите что-то предпринять как Лорд.
Учитель взял конверт.
— У меня такое чувство, что Вы собираетесь использовать меня в своих целях, моя дорогая.
— Это чувство взаимно, — с безразличием сказала Хисири. — Мой брат использовал Пятую Войну за Святой Грааль, чтобы призвать Слугу.
— …
Учитель промолчал.
Именно это и произошло на «Рельсовом цеппелине». Хисири тоже была на том поезде, когда Хартлесс призвал Слугу.
Фэйкер, фальшивая Героическая душа. Дополнительный класс для призыва воина, который был «тенью» всемирно известного героя. Оставаясь неизвестными, такие люди сопровождали героя и могли оставить след в истории даже больше, чем он сам.
Как правило, даже самые талантливые маги не смогли бы призвать такую Героическую душу.
Однако Хартлесс, похоже, применил заклинание грядущей Пятой Войны за Святой Грааль, связал японские духовные жилы с лондонскими и использовал Малый Грааль вместе с магической энергией Мёртвых Апостолов. Сложив вызванные всем этим феномены, он достиг невозможного.
Именно по этой причине учитель решил остаться в Лондоне и не принимать участие в войне.
— До меня дошли слухи, что несколько Слуг уже призвали. Полагаю, вскоре соберётся вся семёрка. И тогда, если верить имеющейся информации о прошлых войнах, ритуал закончится примерно за две недели.
К «прошлым войнам», вероятно, относилась и та, в которой участвовал мой учитель. Судя по всему, факультет политики располагал точной информацией даже о ритуалах на Дальнем Востоке.
— Несмотря на то, что Хартлесс использовал созданный им самим Малый Грааль для призыва и поддержки Слуги, она неизбежно окажется под влиянием оригинала. На это указывает тот факт, что он решил осуществить призыв до начала Войны за Святой Грааль города Фуюки. Словом, как только война достигнет финальной стадии, Фэйкер исчезнет. Если так, то Хартлесс наверняка скоро начнёт действовать, верно?
— Нет, — спокойно произнёс учитель. — Боюсь, он уже привёл свой план в исполнение.
Хисири ответила не сразу. Она продолжала сидеть, словно непорочный цветок, привезённый в Англию с Дальнего Востока. Наши слова, эмоции – всё было окутано её нежными лепестками. Возможно, это тоже было восточным таинством.
— У Вас есть какие-нибудь зацепки?
— Прошу, сначала прочтите то, что находится внутри, — сказала Хисири, указав на конверт, который она принесла.
Учитель послушно вскрыл его, заглянул внутрь и сразу же нахмурился.
— Что?.. Ещё не время. Мне не сообщили. Что они пытаются решить этим?
— Я тоже не знаю, почему выбрали именно это время. Разумеется, у начальства есть свои причины, — ровным голосом произнесла женщина с факультета политики. — Полагаю, вскоре Вы получите формальное приглашение. Мне кажется, несколько дней форы будет достаточно, чтобы раздобыть немного информации о моём брате.
— …
Учитель не проронил ни слова.
В этот раз из-за содержимого конверта молчание продлилось гораздо дольше. Его губы слегка подрагивали, но глаза замерли на листе бумаги.
— В чём дело, учитель? — невольно спросила я.
Спустя какое-то время учитель поднял взгляд.
— Мисс Адасино.
— Я не против. Для этого Вы её и привели, разве нет? — сказала женщина.
— Ты когда-нибудь слышала о Суде Великих? — негромко спросил учитель.
Не слышала.
Однако слово «Великий» - или «Гранд» - было мне знакомо. Кажется, такой ранг был присвоен той кукольнице Аозаки Токо. Он указывал на высочайший статус в мире магии.
Услышав моё предположение, учитель с горечью произнёс:
— Это собрание Лордов и их представителей, на котором они оценивают ситуацию во фракциях и на факультетах. Считай это высшим органом принятия решений в Часовой башне. Для фракции Эль-Меллой важно то, что…
— Да, на одном из таких собраний фракцию Эль-Меллой лишили факультета минералогии, — с улыбкой добавила Хисири. — Последующий Суд Великих постановил, что Эль-Меллои возглавят факультет современной магии. Правда, его созвали лишь для урегулирования разногласий, вызванных последним решением, поэтому Лордов присутствовало не так много.
— …
Внезапно, я лишилась дара речи.
Это было слишком сильно связано с моим учителем и классом Эль-Меллоев.
— Эта женщина только что сообщила мне, что скоро состоится очередной Суд Великих.
Сердце начало бешено колотиться в груди.
Почему-то у меня возникло смутное чувство, что конец не за горами.
Наверное, потому что я уже знала. Это как финал турнира.
Учитель решил не участвовать в Войне за Святой Грааль, но судьбоносный момент, от которого ему не отвертеться, всё же наступил…
 
AkagiДата: Суббота, 09.07.2022, 12:25 | Сообщение # 49
Wild Card Owner
Группа: Администраторы
Пол:
Сообщений: 464
Награды: 11
Репутация: 24
Offline
2

А теперь вернёмся в настоящее.
Покинув общежитие, я спустилась в лондонскую подземку.
Как мне и было сказано, чтобы предотвратить слежку, я отдала предпочтение самым людным улицам, когда покинула метро. Пройдя по Кингсвэй, я свернула на Кили-стрит навстречу колючему ветру, дувшему с Темзы.
Зимой Лондон походил на город, погрузившийся на дно океана.
Вместо того, чтобы просто морозить людей зимними холодами, он словно исчезал под постоянно увеличивающимся слоем истории. То и дело попадавшиеся мне на глаза конные полицейские лишь усиливали это чувство.
Почему-то при виде машин, велосипедов и лошадей, вставших на светофоре, я испытывала гордость, словно следовала по чужим стопам.
Звучит, наверное, странно, да…
Я вспомнила, как Лондон раньше внушал мне лишь страх.
Я всегда боялась людей и истории этого города. Огромные серые здания, в которых исчезали сотни и тысячи людей, напоминали мне древний некрополь.
Однако теперь всё изменилось.
Спустя лишь несколько месяцев прошлое начало казаться давно минувшим сном.
Несмотря на столь разительные изменения, я чувствовала относительное спокойствие. Наверное, это тоже указывает на близость конца, подумала я.
Сердце пронзила бессмысленная боль.
Одновременно с этим я остановилась.
Стараясь привлекать как можно меньше внимания, я вошла через заднюю дверь и поднялась на лифте к своей цели.
Как я и сказала Иветт, это был номер отеля.
Внутри было довольно просторно, но если бы кто-нибудь узнал, что здесь коротает время Лорд Часовой башни, то у него отвисла бы челюсть. В номере стояли дешёвые на вид диван и кровать, а также стол, на котором покоились старый телевизор и Библия.
На угловом диване, отремонтированном с помощью изоленты, сидели двое молодых парней, которые казались здесь совершенно неуместными.
— Добро пожаловать домой, Грэй!



— Куда собрался? Не смей к ней приближаться!
Из-за спинки дивана показалась голова довольного Флата, на которую сразу же опустился локоть Свена.
Ах да, два «самородка» класса Эль-Меллоев.
— Я просто выражаю свою радость и заботу по отношению к другому члену класса Эль-Меллоев, как и всегда! Хочешь сказать, она нам не товарищ? Как грубо!
— Я такого н-не говорил!
— Смотри! Ты опять расстроил Грэй!
— Н-нет, Грэй, я не это имел в виду! Я…
— Ха-ха…
Я рассмеялась, потому что при виде того, как Свен размахивает руками, сдержаться было попросту невозможно.
— Всё хорошо, я понимаю. Свен держится от меня в стороне, но он точно считает меня своим товарищем.
— Я н-не…
Юношу прервал резкий хлопок.
— Так, хватит маяться ерундой, — раздался ещё один голос. — Последние несколько дней мы постоянно перемещаемся с места на место, так что ни о каких «добро пожаловать домой» не может быть и речи. Кстати, Свен. Ты из тех, кто не может спать на чужой кровати? Это свойственно всем собакам?
— Не надо сравнивать меня с собакой!
— Прошу прощения. Мне просто нравится издеваться над другими.
С готовностью сознаться в этом было в её стиле. Райнес сидела на самом приличном стуле и листала книгу. Рядом, как обычно, с чайником в руках стояла Триммау, горничная из ртути. На столе были разложены десерты, и аромат чёрного чая, смешиваясь с запахом сахара и масла, превращал пространство вокруг Райнес в чудесное место. Наверное, это также был своего рода барьер.
— Иветт передала тебе данные, Грэй?
— Эм, да. Вот.
Я поведала обо всём, что узнала, и вручила ей конверт от Иветт.
— Ха-ха, похоже, меня ждёт работа, — сказала Райнес, прикрыв один глаз.
— Значит, Суд Великих, да? Но ведь тема обсуждения может и не иметь отношения к фракции Эль-Меллой…
Разумеется, я не считала, что на такую вероятность стоило закрывать глаза.
Однако Адасино Хисири не упомянула причину, по которой они решили созвать Суд Великих. Насколько мне было известно, фракция Эль-Меллой не совершала серьёзных ошибок. Я не думала, что учитель и Райнес работали зря, но мне никак не удавалось понять, почему это было так важно.
Услышав мои слова, Райнес слегка нахмурилась и откинулась на спинку стула.
— Нет, всё просто ужасно. Если мы отправимся на Суд Великих без должной подготовки, другие Лорды могут озвучить предложения, которые уничтожат фракцию Эль-Меллой.
— Почему?
Я не могла понять, как всё это было связано.
Райнес кивнула в ответ.
— Хартлесс когда-то был главой факультета современной магии, верно?
— А-а…
Когда мне указали на столь очевидную связь, я ощутила лёгкое головокружение от осознания собственной глупости.
— Мы не знаем, что задумал Хартлесс, но он скоро сделает свой ход, как и предсказала Хисири. В этом нет никаких сомнений. Вспомни, что он устроил на «Рельсовом цеппелине» и в твоей деревне. Его действия оказывают значительное влияние на мир магии. Разумеется, фракция Эль-Меллой не имеет к этому никакого отношения. Мы возглавили факультет современной магии лишь потому, что решили занять свободное место, когда нас лишили факультета минералогии. Но в Часовой башне этого мало, чтобы доказать свою невиновность, — в словах девушки чувствовался намёк на удовольствие. — Избавляйся от слабых. Если кто-то упал в воду, сделай всё возможное, чтобы он никогда больше не всплыл на поверхность. Считай это основной идеологией в Часовой башне. Куча людей наверняка скрипит зубами и считает, что фракция Эль-Меллой должна была сгинуть давным-давно.
Возможно, для неё это была родная стихия.
Вести борьбу в политике для неё было сродни приёму пищи, а растаптывать других – всё равно, что дышать. Именно так ей удалось сохранить своё место, которым можно было гордиться.
Однако я видела в этом лишь путь одиночки. Райнес словно восседала на ледяном троне, вокруг которого не было ни единой души.
— Не желаете ещё чашку чая?
— Да, пожалуйста.
Девушка сделала глоток свежезаваренного чая, пожала плечами и произнесла:
— Поэтому нам и нужно раздобыть как можно больше информации. Присутствие всех двенадцати Лордов крайне сомнительно, но я хочу знать, что движет теми, кто, скорее всего, посетит собрание. Естественно, многое может измениться, но раз уж мы упустили вести о предстоящем Суде Великих, то от нашего внимание могло ускользнуть что-нибудь ещё.
Райнес кивнула и принялась что-то бормотать, словно попрекая себя за невнимательность.
— Иветт сказала что-нибудь насчёт Суда Великих?
— Эм, не думаю, что ей сообщили, потому что она лишь моргнула и спросила, стоит ли раскрывать такую информацию. Затем Иветт сказала, что если даже её не поставили в известность, то фракция Мелуастеа тоже ничего не знает. Или же решила отказаться от голосования.
— Вот как? Стоит отдать Иветт должное. Будучи, казалось бы, мелкой шпионкой, она может знать на удивление много из того, что происходит во фракции Мелуастеа. Да и думает она так же, как и я. Этот доклад очень хорошо написан.
Райнес ударила тыльной стороной ладони по документам.
Похвала с её стороны была довольно большой редкостью. Полагаю, Райнес оценила проницательность Иветт и информацию, которую она собрала.
— Что это за бумаги?
— Эта информация не является секретной, но она принадлежит только Мелуастеа.
— Фракции, на которую шпионит мисс Иветт?
— Именно, каждая фракция смотрит на вещи по-своему. Здесь, например, отражено, каким доктора Хартлесса видит фракция Мелуастеа. Соедини это с информацией факультета современной магии и получишь совсем другую картину.
Райнес быстро просмотрела документы и вынула несколько снимков.
— Свен.
— Да?
— Сравни это со старыми данными. В целом мне всё ясно, но будет проще, если ты подтвердишь.
— Понял.
Свен на удивление послушно взял документы.
Глядя на них, я открыла рот.
— Кстати, где…
Меня прервал звук открываемой двери.
Похоже, он принимал душ.
На нём был купальный халат, а длинные влажные волосы скрывались под полотенцем. На бледной шее сверкали капли воды, но больше всего бросалось в глаза то, что он как будто похудел ещё сильнее.
— А, Грэй, ты вернулась.
Он медленно опустился на свободный стул. Вид у него был такой, словно он мог в любой момент потерять сознание. Выражение его лица было ещё более угрюмым, чем обычно.
— Как Вы себя чувствуете?
— В физическом плане хуже некуда, — с готовностью ответил учитель.
Его лицо было бледным, а правая рука лежала на животе. Вероятно, он уже принял магическое лекарство, но этого было мало, чтобы полностью заглушить боль. Неуклюжими движениями учитель вытер волосы полотенцем, взял со стола сигару, осторожно закурил и сделал глубокий вдох.
Выпустив облако дыма с гримасой боли на лице, он сказал:
— Я только что обсудил это с Райнес. Утром доставили два письма. Как бы я ни старался скрыться, меня всё равно нашли.
Учитель достал из ящика стола два конверта. Оба были искусно сделанными, но с разными узорами на восковых печатях.
Сначала учитель посмотрел на правый конверт.
— Этот принёс Мелвин, он от Лорда Вальюэлета из демократической фракции.
Разумеется, я помнила её.
Инорай Вальюэлета Атрохолм.
Старая женщина, смелая и прямолинейная.
Я познакомилась с ней во время инцидента в башнях-близнецах Изельма. Если не считать учителя, это была моя первая встреча с Лордом. Она возглавляла факультет созидания(Вальюэ) и, несмотря на внешнее добродушие и принятие современных технологий, была одной из самых опытных магов, которых я только знала.
Инорай являла собой вершину магических способностей, потому что у неё обучалась сама Аозаки Токо.
— А этот – от Лорда Юлифиса из аристократической фракции, возглавляющего факультет духовных эвокаций.
— Духовных эвокаций…
Я практически ничего не знала про этот факультет.
Согласно тому, что говорил учитель на лекциях, там специализировались на духах или иногда на небольшой их части. Из-за этого он внушал мне страх и пробуждал воспоминания о моей деревне.
Эль-Меллои тоже были частью аристократической фракции, но это вовсе не означало, что нас пригласили с благими намерениями. И выражение лица учителя явно на это указывало.
Плечи Райнес содрогнулись, и она хихикнула.
— К счастью, встречи назначены на разное время. Значит, перекрёстного допроса мы избежали. Но если до этого действительно дойдёт, то я с радостью посмотрю на твою физиономию, дорогой мой брат.
— Моя дорогая, ты хоть понимаешь, что мы с тобой в одной лодке?
— Разумеется. К сожалению, я из тех, кто ставит удовольствие превыше всего.
— Хуже тебя никого нет.
— О, спасибо за комплимент.
Слушая тихое хихиканье Райнес, я задумалась. Мой мозг не мог со всем этим совладать. Всё, начиная с Суда Великих и вмешательства двух фракций и заканчивая зловещими планами доктора Хартлесса, полностью выходило за рамки моего воображения. Наверное, всё было именно так, как сказала Райнес. Лишь тому, кто знаком с постоянными интригами и коварством в Часовой башне, по силам с этим справиться.
— …
На секунду я обратилась к другим мыслям.
Составлять список вещей, которые мне не по зубам, было бессмысленно. Я ломала голову, пытаясь найти хоть что-нибудь, с чем я смогу справиться и тем самым помочь учителю. Но в итоге мне оставалось лишь возлагать надежды на тех, кому я могла доверять.
Поэтому…
— Что мне делать?
— О-о-о? — протянула Райнес, выгнув бровь. — Да ты, я смотрю, полна энтузиазма. Для кого-то вроде моего брата ты слишком дисциплинированная, тебе так не кажется?
— Заткнись. Хотя… я с тобой согласен, — тихо добавил учитель.
У меня заполыхало лицо. Чувствуя себя зажжённой спичкой, я попыталась собраться с мыслями, в то время как у меня покраснели даже уши.
— Эм, я… всё ещё думаю, что ученица из меня никудышная. Н-но наверняка есть что-то, что мне по силам.
— Да. Разделимся в соответствии со способностями.
Райнес взяла пять идеально выпеченных сабле. Именно столько человек присутствовало в комнате, не считая Триммау.
— Первая группа отправится к пригласившим нас важным шишкам. В неё входим мы с братом. На встречах такого уровня малейшая ошибка в поведении может привести к катастрофе, а вы понятия не имеете, как держать себя в руках.
Я посмотрела на два сабле, которые лежали отдельно от других. Это решение было мне предельно понятно. Я и Флат точно не подходили для этой роли. Мне казалось, что Свен в этом плане был более компетентен, но этого всё равно было мало, чтобы иметь дело с политически подкованными и хитрыми представителями правящей элиты Часовой башни.
— Вторая группа проведёт исследование, опираясь на только что полученную информацию. Чтобы подготовиться к Суду Великих, она должна узнать как можно больше о том, чем занимался бывший глава факультета современной магии доктор Хартлесс. В эту группу входят Свен, Флат и Грэй. Свен разнюхает, Флат проанализирует, а Грэй, я надеюсь, удержит их на поводке.
— Однако, если вдруг случится такое, что вы столкнётесь с самим Хартлессом или Фэйкер, сразу же отступайте. Если хотите, чтобы я разрешил вам участвовать, то это условие не подлежит обсуждению.
Слова учителя были очевидны. Он приостановил занятия, потому что не хотел втягивать своих учеников, а я уже знала, что способны натворить Флат и Свен, если оставить их без внимания.
— Я… сделаю всё возможное.
— А я с радостью буду подчиняться Грэй! — со странным рвением воскликнул Свен, на что Флат хлопнул в ладони.
— Ле Шьен! Так тебе интересны всякие кольца в носу, ошейники и поводки? Если хочешь, я могу потом поискать для вас с Грэй что-нибудь стильное!
— Я ведь уже сказал, не надо сравнивать меня с собакой! И при чём тут кольца в носу?! — громко закричал Свен, и между ними разгорелся жаркий спор.
Они так хорошо ладят друг с другом, подумала я.
— Хи-хи-хи! Вечно они грызутся! — раздался радостный голос Адда в районе моего правого плеча.
— Да. Я им даже завидую… Сильно завидую.
— Ого, да ты стала намного честнее!
— Надеюсь, это только начало, — тихо ответила я.
Затем, посмотрев на Райнес, я спросила:
— Но кто возглавит расследование, если не учитель? Кто-то же должен задавать профессиональные вопросы, верно?
Учитель не был детективом, но именно он всегда раскрывал дела. Флат и Свен тоже не могли сравниться с ним в плане магических познаний.
— Я немного подумала над этим. Не знаю, правда, понравится ли вам моё решение, — сказала Райнес. Уголки её губ приподнялись в озорной улыбке.
 
AkagiДата: Суббота, 09.07.2022, 12:26 | Сообщение # 50
Wild Card Owner
Группа: Администраторы
Пол:
Сообщений: 464
Награды: 11
Репутация: 24
Offline
3

Они находились на семьдесят восьмом ярусе Великой Магической цепи.
Для любых действий в лабиринте необходимо было как минимум пять человек.
Двое извлекают, один стоит в дозоре и ещё двое отбиваются от фантазменных видов и других враждебных существ. Разумеется, их могло быть и меньше – один человек мог взять на себя несколько ролей – но для малочисленной группы получить разрешение было практически невозможно.
Юноша был самым опытным в извлечении.
Его элементом была Земля.
Несмотря на то, что его мать, будучи нью-эйджером, не обучила его какой-либо впечатляющей магии, его способностей вполне хватало, чтобы ориентироваться в лабиринте. Он научился всему необходимому для обнаружения и извлечения редкой руды и амулетов.
Сейчас они исследовали семьдесят восьмой ярус, который находился на глубине около тридцати тысяч метров. Он слышал, что в мире на поверхности даже самые большие горы были не выше девяти километров. Этот мир такой маленький…
Но какое же там красивое ночное небо.
— Эй, парень, шевелись! Хочешь, чтобы тебя сожрали? — прикрикнул на него слегка страдающий от лишнего веса маг, старший в группе.
Как и юноша, он был добытчиком и обладал элементальным родством с Огнём. Его работа заключалась в создании всевозможных смесей с помощью алхимии, чтобы растворять камень в поисках минералов.
— Жаль, что смерть здесь не бывает быстрой. Тогда бы зелий больше оставалось! Ты хоть представляешь, как долго их варить?!
Ворчание алхимика разносилось по влажному воздуху Великой Магической цепи.
Несмотря на такое название, следов мёртвого дракона здесь было не так уж много, и это место почти не отличалось от обычной пещеры. Однако этот лабиринт был единственной системой пещер со встроенными Магическими цепями, которые слабо светились во мраке. А если зазеваться хотя бы на секунду, то можно проглядеть плотоядную спору огнедышащей крысы.
— Хватит, Гезелл. Отстань от парня, он ведь тоже добытчик.
— А ещё он заработал для нас кучу денег на поверхности.
К ним подошли два бойца группы, чтобы уладить конфликт.
Он слышал, что эти братья пришли с поверхности несколько лет назад в надежде разбогатеть. Выпивая, они часто шутили, что, будь их семья более известной, им пришлось бы драться друг с другом за право унаследовать Магическую метку.
— Хорошо, что тебе удалось всё сбыть.
— Я думал, что мне конец. В отделе извлечения просто звери какие-то! Кстати, кому продал добычу?
— Долго рассказывать, — пробормотал он.
На самом деле он не планировал делиться деньгами с остальными. О том, что он стал учеником главы факультета современной магии, называвшего себя Хартлессом, юноша тоже умолчал. Поскольку ему ещё не удалось разобраться во всём, что произошло, объясниться он попросту не мог.
— Вы слишком добры к парню!
Братья рассмеялись в ответ на ворчание Гезелла. Между ними по-прежнему царила гармония. В конце концов, они уже довольно давно были в одной группе. Несмотря на возникающие разногласия, юноша знал, что эти трое часто собирались вместе, когда оказывались в городе.
К ним присоединился последний член группы.
Это была темнокожая девушка, его ровесница.
Она стояла в дозоре.
У неё были красивые губы и глаза такого же цвета, как и кожа. Она обладала родством с Водой, что хорошо сочеталось с её внешностью, и специализировалась на магии автоматической элементальной трансформации. Её хорошо ухоженные волосы доходили до плеч, а спокойный взгляд всегда был устремлён вдаль. Юношу завораживал прекрасный профиль этой девушки.
Она подошла к нему и произнесла:
— Я рада, что всё закончилось хорошо. И за твою семью тоже.
Она была немногословна, но понять её эмоции не составило труда.
Юноше этого было достаточно.
Поэтому он невольно открыл рот.
— Эм…
— Что?
Дальнейшие слова потребовали от него небывалого мужества. Наверное, решение подняться на поверхность далось ему с таким же трудом. Не найдя в себе смелости встретиться с девушкой взглядом, он вцепился в инструменты на поясе и уставился в землю, которая излучала мягкое свечение.
— Может, поужинаем вместе, когда вернёмся в город?
В этот момент ему показалось, что он очутился в тысячах световых лет от братьев и Гезелла.
Через несколько секунд…
— Конечно, — с некоторым смущением ответила темнокожая девушка и кивнула.
Свет в Магической цепи был слабым, но красивым. Под землёй неба не существовало, но для него этого света было достаточно.

Всё это произошло более десяти лет назад.
Для юноши эти дни, несомненно, были лучшими в жизни.
 
AkagiДата: Воскресенье, 24.07.2022, 12:36 | Сообщение # 51
Wild Card Owner
Группа: Администраторы
Пол:
Сообщений: 464
Награды: 11
Репутация: 24
Offline


Глава 2


1

Для меня...
…слова «Суд Великих» значили нечто другое.
Потому что именно на этом собрании решили судьбу Райнес Эль-Меллой Арчизорт.
Тогда я ясно поняла, насколько разрушительной была смерть Кайнета Эль-Меллоя Арчибальда. Эль-Меллоев вышвырнули с факультета минералогии, который они возглавляли веками, и большинством голосов решили, что нужно найти замену.
Перед следующим Судом Великих я, сама того не желая, стала кандидатом на пост Лорда. На мою жизнь покушались столько раз, что мне даже не хотелось думать об этом. Я смогла выжить лишь благодаря упорному труду и знаниям, полученным от моего дворецкого… Но на самом деле всё сводится лишь к удаче.
Поэтому я начала присматриваться к своему брату.
Я всегда была его поклонницей, ведь он пережил Четвёртую Войну за Святой Грааль, в отличие от моего приёмного брата Кайнета. Он во всём уступал другим Мастерам, но всё же смог вернуться и возглавил класс Эль-Меллоев.
Любой другой на моём месте возненавидел бы его.
На его непосредственное столкновение с Кайнетом ничто не указывало, но он, несомненно, был одним из врагов моего приёмного брата. Если верить докладам, то он даже украл у него артефакт. Мы с Кайнетом нечасто виделись, да и какой-то особой привязанности я к нему не испытывала, но мне стоило в моём обычном стиле использовать это как предлог и выжать из этого парня всё возможное.
Что же касается того, почему я этого не сделала… ну, возможно, он меня немного впечатлил.
Будучи посредственным учеником даже среди нью-эйджеров, он умудрился выжить там, где погиб Лорд, а это говорило о несказанной удаче. Если мне удастся заполучить немного этой удачи, то я смогу прожить немного дольше. С этой мыслью, которая больше походила на дурную магию, я притащила его к себе и навязала этот титул.
— Ты ведь уже бывал на Суде Великих, да?
— Тогда присутствовали лишь четыре Лорда, если считать представителей, а это самый минимум. Лорды всегда невероятно сдержанны. Правда, я, наверное, единственный Лорд в Часовой башне, встреча с которым – явно не повод хвастаться.
— А это не компенсируется тем, что ты со всеми хорошо ладишь? Иначе бы у тебя вообще не было никакого достоинства или престижа.
Брат недовольно посмотрел на меня, и я почувствовала удовлетворение. Мы знаем друг друга много лет, но твои уязвимости по-прежнему на виду. Как же ты жалок. Надеюсь, ты никогда не изменишься.
Я отвела взгляд.
Мы сидели в старомодном кэбе на конной тяге, который послала за нами Лорд Вальюэлета.
Трамбелио тоже любили использовать такие кэбы, но это не означало, что у них не было шикарных машин. Даже эта, казалось бы, мелочь многое говорила об отношениях между двумя сторонами.
В этот раз невероятно вежливое поведение кучера несло следующее сообщение: «Смотрите, как мы вас уважаем. Может, предадите аристократическую фракцию и перейдёте на нашу сторону?» Однажды я не выдержу и скажу им, что это как раз в духе аристократов. А затем спрошу, как им удаётся сделать так, чтобы моя задница не подпрыгивала на каждом ухабе.
— Как бы то ни было, нам по-прежнему не хватает информации. Поскольку это они нас пригласили, мы можем воспользоваться этой возможностью и что-нибудь разузнать. Остальное будет зависеть от второй группы.
Я кивнула и спросила:
— Как у них кстати дела?
Я немного волнуюсь, но не надо винить меня за это, дорогой брат.
По правде говоря, эта идея мне не особо нравилась, но он одной лишь мысли об этом мои губы изгибались в улыбке.
Когда у Грэй загорелись глаза, у меня возникла нехарактерная мысль, что этого хорошего поступка мне, возможно, хватит на всю жизнь.
Мой брат нахмурился ещё сильнее и вздохнул.
— Пока что проблем нет. Но с Флатом и Свеном всё может быстро измениться.
— Ха-ха-ха. А что насчёт Грэй?
— Сейчас она со мной в автобусе. Мы обсуждаем имеющуюся у нас информацию по Хартлессу, — ответил мой брат с выражением боли на лице.
На лице же Триммау, которая тоже сидела в кэбе, как обычно, не было ни следа эмоций.
 
AkagiДата: Воскресенье, 24.07.2022, 12:38 | Сообщение # 52
Wild Card Owner
Группа: Администраторы
Пол:
Сообщений: 464
Награды: 11
Репутация: 24
Offline
2

Мне постоянно говорят, что у лондонских автобусов длинная история.
Даже человек вроде меня, который оказался в Лондоне совсем недавно, наверняка видел эти приземистые красные двухэтажные автобусы в фильмах или телевизионных передачах.
В этом городе раньше пользовались конными экипажами, но в двадцатом веке их заменили автобусы и подземные поезда. Я несказанно удивилась, когда узнала, что сочленённые автобусы появились относительно недавно, незадолго до того, как учитель привёз меня в Лондон. Мне казалось, что от двух транспортов, соединённых вместе, были одни только проблемы, но это, пожалуй, лишь показывало, как сильно в Лондоне любили автобусы.
Мы сидели в одном из этих знаменитых двухэтажных автобусов.
За окном проносились улицы, переполненные рокотом двигателей.
Велосипеды, музеи, художественные галереи – всё сливалось воедино, образуя этот город. Глядя в окно, я даже забыла, зачем вообще села в автобус.
Разумеется, мы решили воспользоваться городским транспортом, чтобы избежать слежки. Служебная машина учителя для наших целей не годилась, как, впрочем, и та, которую ему выдали для личного пользования. Мы даже на остановку пришли порознь. Свен объяснил, что от фанатичных учеников не ускользнёт ни одна, даже самая мелкая деталь. Они наверняка запомнили не только модель машины и номерной знак, но и след от шин на дороге. Поэтому автомобиль учителя было очень просто отследить с помощью магии.
В ходе обсуждения нашего расследования на втором этаже автобуса прозвучала одна фраза.
— Ученики Хартлесса?..
— Да, — подтвердил голос учителя.
Я сидела в самом конце автобуса, а Флат и Свен расположились одним рядом выше. Мы говорили как можно тише, но благодаря усиленному слуху прекрасно слышали друг друга.
Разумеется, чтобы не привлекать внимания, Флат наложил заклинание, которое для других пассажиров превращало опасные разговоры о магии в обычную болтовню трёх школьников. У меня возникло чувство, что он и на занятиях пользовался такой магией, но я не стала его об этом спрашивать.
Учитель прочистил горло и продолжил:
— Всё-таки он когда-то был главой факультета современной магии. Вероятно, у него обучались сотни молодых людей, но мало кого можно было назвать его учениками.
В этом был смысл.
Учитывая вольнослушателей, занятия Хартлесса наверняка посещало много людей, но лишь единицы по-настоящему понимали его. А если ограничиться только учениками класса Эль-Меллоев, то таких наберётся ещё меньше.
Не стоило также забывать, что в то время на факультете современной магии было не так много молодёжи.
— Архивы факультета тщательно подчистили, но у Мелуастеа нашлась информация. Жаль, сравнить не с чем. Объединив её с тем, что мне сообщила Хисири, я уже определил примерное местоположение пяти учеников. Надеюсь, я не ошибся, и вам удастся их отыскать.
— Ладненько!
— Нет, Флат, ты не лезь. Разговаривать будет Свен. Я помогу, если потребуется, так что постарайся узнать как можно больше про Хартлесса. Несмотря на мою просьбу провести расследование, его действия могут быть никак не связаны с Судом Великих.
Однако учитель, похоже, сам в это не верил.
Суд Великих был, конечно, внезапным событием, но это вовсе не означало, что он не имел никакого отношения к инцидентам, которые произошли до сего момента. Это было слишком маловероятно. Но даже если связи действительно не было, учителю всё равно предстояло это пережить.
— Я понял, — кивнул Свен. — Но, профессор, Вам не кажется, что разговаривать с людьми в таком виде не самая хорошая идея?
— …
Учитель на секунду лишился дара речи.
Тем временем Флат обернулся и прикрыл рот ладонью, когда снова увидел учителя.
— Пф-ф-ф… Ха-ха-ха!..
— Не смейся, Флат! Что за неуважение!
— Н-но ведь!.. Его ведь теперь даже не назовёшь «Звездой Лондона»! Уместнее будет, скорее, «Звёздочка Лондона»! Или «Блестяшка Лондона»!
В каждом ряду было всего два места, но рядом со мной никто не сидел.
Голос учителя раздавался где-то у меня под ногами.
Причиной тому были его размеры.
— Моя дорогая, я рад, что ты не смеёшься надо мной, но почему у тебя на лице застыло такое странное выражение? И почему у тебя дёргается нос?
— П-просто я… не думала, что Вы станете таким миленьким…
— Хи-хи-хи! Да ты теперь такой же, как и я!
Слова Адда были весьма уместны в сложившейся ситуации. Я изо всех сил сдерживалась, чтобы не рассмеяться, потому что в данный момент учитель мог уместиться у меня на ладони.
Всё, начиная с длинных волос и заканчивая одеждой, отливало металлом и уменьшилось до одной десятой от изначального размера. По всей видимости это было нечто сродни фамильяру, созданному из частицы Триммау.
Услышав наш смех, некоторые пассажиры обернулись, и нам пришлось извиниться за шум. Магия Флата скрывала учителя и важные фрагменты нашего разговора, но смеха это, похоже, не касалось.
— Другого выбора у меня не было, — сказала миниатюрная версия моего учителя с недовольным видом. — Если я буду занят на встрече, то не смогу реагировать на то, что происходит здесь. В данный момент я воспринимаю окружение благодаря Объёмной ртути, которая способна обрабатывать входные данные. У меня, конечно, есть фамильяры, но о таком уровне точности мне остаётся только мечтать, да и мои Магические цепи недостаточно хороши, чтобы просчитывать коррекцию действий. Меня не радует, что мне приходится полагаться на Райнес, но поскольку это наиболее эффективный способ, то было бы глупо им не воспользоваться.
Это было в духе моего учителя.
— Как бы то ни было, моя дорогая, если возникнет необходимость во вмешательстве Лорда Эль-Меллоя II, скажи, что выступаешь в роли моего фамильяра. Я буду говорить из твоего кармана. Тебя это устраивает?
— Д-да. Конечно.
— Благодарю.
Учитель поклонился, словно миниатюрный джентльмен.
— Вернёмся к ученикам Хартлесса. Сейчас вы отправитесь к Гезеллу Толману. Он знаменит своими зельями и обладает элементальным родством с Огнём. Он уже довольно давно не контактирует с Часовой башней, но другие, похоже, очень его уважают. В докладах не говорится, что у него воинственный нрав, но если придётся сражаться…
Мы успели обсудить ещё пару вещей, прежде чем автобус прибыл на нужную остановку.
Это было очень тихое место недалеко от жилого района и парка. Мне на глаза попались лишь несколько прохожих.
Разумеется, в сравнении с моей деревней это по-прежнему был город. Даже в Лондоне двадцатиминутной поездки на автобусе было достаточно, чтобы оказаться в таком месте. Местные жители не подозревали, что по соседству с ними обитал маг.
Учитывая любовь лондонцев к привидениям, этот район, наверное, пользовался большим спросом.
— Мастерская рядом, к западу отсюда, — сказал учитель из моего кармана.
Пока мы шли, до меня донёсся запах рыбы и картофеля, источником которого был небольшой киоск в парке. В большинстве таких точек подавали самые разные добавки по вкусу клиента, но лично мне больше нравилось, когда кетчупа и горчицы было побольше, а солодового уксуса – поменьше. Стоило откусить кусочек – и хрустящая поверхность вкупе с добавками начинала будто таять во рту, а текстура картофеля в сочетании с нежной треской создавала вкус, который никогда не надоест.
Я узнала об этом аромате, только когда оказалась в городе.
А учитель был тем, кто познакомил меня с этим восхитительным вкусом.
Стоило мне подумать об этом, как юноша рядом со мной резко остановился.
— Свен?
— Чую смесь запахов.
— А?
Он явно имел в виду не рыбу с картофелем.
— Это запах магии, тёмно-синий такой или фиолетовый. Наверняка исходит от алхимических зелий. А ещё есть немного красного.
Свен нахмурился, после чего из моего кармана раздался приказ:
— Флат, организуй наблюдение.
— Лады, профессор! Выбор игры!
Следуя указанию учителя, Флат нарисовал пальцем в воздухе круг и заставил лист алюминиевой фольги взлететь в воздух.
Это чем-то напоминало японское оригами. Или, возможно, каркас игровой модели. Сгусток магической энергии, не похожий ни на птицу, ни на бабочку, завис надо домом, хлопая алюминиевыми крыльями, словно живое существо.
— Это дом с трубой. Хм-м, да, точно мастерская… Мне взломать её отсюда?
— Не надо. Если тебя обнаружат, то владелец воспользуется правом на самооборону. Мы пришли сюда, чтобы просто задать несколько вопросов о его учителе. Мы всего лишь гости. Но если что-то пойдёт не так, сразу же отступайте. И будьте настороже.
В негромком голосе учителя чувствовалась нервозность, и я тоже невольно напряглась.
Обменявшись взглядами, мы со Свеном подошли к входной двери. Я сглотнула, сделала глубокий вдох и дважды постучала.
Ответа не последовало.
Мне сразу же захотелось постучать ещё раз, но я сдержалась. Я молча прогоняла магическую энергию в своём теле, чтобы при необходимости усилиться и вступить в бой.
Наконец к двери кто-то приблизился.
Я услышала отчётливый звук шагов.
Дверь открылась, образовав щель шириной с волосок, которая постепенно становилась всё больше, и…
— Привет, как дела? — раздалось изнутри.
На мгновение мы с учителем затаили дыхание. Обладавший острым слухом Свен напрягся, потому что этот голос был нам знаком. Его обладатель произвёл на нас очень сильное впечатление.
Однако Флат хлопнул в ладони и возбуждённо воскликнул:
— Давно не виделись! Что Вы здесь делаете? Тоже учились у доктора Хартлесса? Нет, быть того не может, вы же с виду ровесники. Вам, конечно, многое по силам, но Ваши заклинания совсем другие, мисс Токо! Это как уличный боец, который пытается проникнуть в ряды офисных работников с одной лишь камуфляжной банданой на голове! Кто знает, может, такая игра появится в будущем!
— Ну надо же, ты ни капли не изменился. Мне по душе твой нрав. С играми я, правда, мало знакома, уж извини. А Лорд стал таким милым, — женщина в очках негромко хихикнула.
Судя по гладкой коже, ей не было и тридцати, но сказать наверняка было невозможно. Красный оттенок был к ей к лицу. Цвет не был идеально красным – скорее, неровным и тёмным – и хорошо сочетался с её сущностью.
Флат не ошибся, упомянув её имя. Наверное, мне стоило ожидать её появления, когда я впервые услышала слова «Суд Великих».
— Аозаки Токо… — раздался из моего кармана голос учителя.
Кукольница-Гранд улыбнулась нам с другой стороны двери.

*


Немного помедлив, мы вошли внутрь после её приглашения.
Нос Свена не подвёл: стены были увешаны полками, на которых в больших количествах стояли лекарства и зелья. При виде всевозможных трав и насекомых во флаконах миниатюрная версия моего учителя не сдержала удивлённого возгласа.
Токо угостила нас кофе и начала отвечать на наши вопросы.
— Да, конечно, я знаю доктора Хартлесса. Мне знакома версия факультета современной магии под его управлением. Я до сих пор испытываю странно чувство, когда думаю о том, что теперь факультет возглавляют Эль-Меллои.
— Нам его навязали из-за нашего упадка.
— Судя по Вашим ученикам, всё очень даже неплохо, Вам так не кажется? — сказала Токо, радостно глядя на копию учителя, сидевшую на подлокотнике кресла.
Сделав глоток кофе, женщина в очках откинулась на деревянную спинку своего стула. Она походила на главу какого-нибудь детективного агентства. Вполне вероятно, что она действительно занималась чем-то подобным в прошлом.
— Я точно не одна из учеников Хартлесса. Наверное, можно сказать, что я здесь по той же причине, что и вы.
— По той же причине?
Услышав мой вопрос, женщина улыбнулась.
— Да. Это ведь чужой дом. С его владельцем я никогда не встречалась, а это значит, что меня сюда не приглашали. Я просто одолжила немного кофе. И вынуждена признать, у этого человека неплохой вкус.
— Мисс Токо! — инстинктивно воскликнула я.
Токо сделала очередной глоток и ослепительно улыбнулась. А учитель нахмурился ещё сильнее.
— Вы уже захватили эту мастерскую?..
— Это было бы опрометчиво. Я просто ещё не предпринимала враждебных действий. Разве не очевидно, что именно внесло бы разлад в мастерскую?
Я не могла себе представить, насколько искушённым нужно быть, чтобы провернуть такое.
Я даже не понимала, почему проникновение в дом и приготовление кофе не считалось «враждебными действиями».
Однако на лице миниатюрной копии учителя возникло отчаяние. Это было выражение лица человека, который растратил все силы на марафоне и осознал, что бежать ему осталось ещё больше половины дистанции.
— Что ж, перейдём к делу.
Токо сняла очки, и её голос внезапно стал грубее.
Мне уже доводилось видеть нечто подобное. Снимая очки, она менялась. Это больше походило на маску для общения с людьми, чем на другую личность. Разница была тонкой, но важной, как в восприятии добра и зла. Одна женщина была похожа на человека, другая – нет. Обе эти женщины носили имя Аозаки Токо, но это вовсе не значило, что они были настоящими.
— Полагаю, мою причину можно сравнить с расстройством желудка. Мне понравилось то, что произошло в башнях-близнецах Изельма, но я знаю, что остались следы. И поскольку меня вынудили уйти, кое с какими вещами нужно разобраться, вот я и занимаюсь этим, чтобы убить время.
Она говорила про Хартлесса.
Он тоже был замешан в том происшествии. Учитель и Райнес считали, что именно Хартлесс был источником средств для приобретения артефакта, который был ключевым в деле.
Поэтому не было ничего странного в том, что кукольница-Гранд, которую, по сути, просто использовали, начала его искать. На самом деле я сильно сомневалась в том, что факт использования сильно её задел, поэтому сравнение с расстройством желудка казалось очень даже подходящим.
— Судя по тому, что рассказал Ваш ученик, Вы уже довольно давно гоняетесь за Хартлессом, верно? Что Вам известно?
— Мы выяснили, что у него примерно пять учеников.
— Ха. Что и следовало ожидать от Лорда Часовой башни. Быстро разузнали. Можно взглянуть на список имён?
— Да. Свен, будь добр, покажи ей.
Учитель кивнул, и Свен послушно достал из кармана свои заметки. Просмотрев имена, Токо подняла палец и сказала:
— А, к этим двоим можете не ходить.
— Почему?
— Они исчезли, как и владелец этого дома. Я интересовалась слухами о пропавших магах по кое-каким другим причинам, но наткнулась на имя Хартлесса. Наверное, это можно назвать делом о серийных исчезновениях.
От слов Токо я содрогнулась, а кофе в моей чашке будто потерял всякий вкус.
Дело о серийных исчезновениях.
Ощущение было такое, словно меня из странного мира магов внезапно затянуло в детективный роман. Вывод, сделанный сильнейшим магом из всех, кого я только знала, был неожиданным и отозвался горечью во рту.
— Исчезновениях? — несколько натянуто спросил учитель.
— А вы что, не в курсе? — сказала Токо, наблюдая за нашей реакцией. — Тут нечему удивляться. Если бы пропал обычный человек, то поднялась бы шумиха, но маги являются аномалиями для этого мира. Исчезновение мага, скорее всего, останется незамеченным. Особенно если он не связан с Часовой башней.
Я не знала, шутила она или нет, но затем Токо добавила, что её это «тоже касается».
— Судя по состоянию мастерской и тому, что мне рассказали соседи, Гезелл Толман исчез около трёх дней назад. Получается трое пропавших, если учесть тех из списка. Насчёт оставшихся двоих учеников я не в курсе, но теперь, посмотрев на имена, мне ясно, что у них общего. Всё-таки они весьма известны в ваших кругах. Я к тому, что все они – Выжившие из лабиринта.
— Ого! Правда?
— Никогда раньше не слышал о настоящих Выживших. Таких редко встретишь на факультете современной магии.
Услышав реакцию Флата и Свена, я наклонила голову.
— Лабиринта?..
Оба моих товарища удивлённо моргнули.
В то же время сжатая версия учителя прикрыла рот своей маленькой рукой.
— Ах да. Грэй же ещё не знает.
— А… Грэй иногда посещает занятия, но она всё-таки не маг.
После слов Флата я невольно испугалась.
— П-простите.
— Нет, это моя вина. Эта тема никак не связана с современной магией, поэтому я и не поднимал её на лекциях. Ты наверняка не одна такая.
Похоже, что для людей в Часовой башне это было в порядке обычного. Я чувствовала себя виноватой. Разумеется, учитель не разочаровался во мне и ровным голосом произнёс:
— Мисс Аозаки, мне нужно время, чтобы всё объяснить моей ученице. Вы не против?
— Разумеется, нет. Мне всегда хотелось послушать лекцию Лорда факультета современной магии, — сказала Токо, положив руку на грудь, и села поудобнее.
 
AkagiДата: Воскресенье, 24.07.2022, 12:38 | Сообщение # 53
Wild Card Owner
Группа: Администраторы
Пол:
Сообщений: 464
Награды: 11
Репутация: 24
Offline
3

— Ха-ха, вот уж не думала, что вы встретите эту кукольницу.
Даже я невольно изогнула губы в кривой улыбке.
С этой женщиной было сложно иметь дело. Логика в её действиях слишком отличалась от моей. Меня вполне устраивали маги, которые не думали ни о чём, кроме достижения Истока, но её желания были мне совершенно непонятны. Честно говоря, я обрадовалась, что с ней столкнулась другая группа.
— Вы сейчас лабиринт обсуждаете? Да, пожалуй, стоит. Ладно, всё равно пока ничего не происходит. А у тебя хорошо получается. Немного похоже на разделение мыслей института Атлас, да?
Услышав похвалу в свой адрес, мой брат посмотрел на меня. На его лице читались противоречивые чувства.
— Можешь не заставлять себя льстить мне. Я не создавал другую личность, а просто разделил свои мысли на два параллельных потока. Это полностью отличаются от того, что умеют в институте Атлас. К тому же, даже если я допущу ошибку в своих мыслях или действиях, Объёмная ртуть, созданная мистером Кайнетом, это компенсирует. Даже обычный человек сможет это сделать после небольшой практики.
Да, он был прав.
Директор Атласа, с которым мы встретились в деревне Грэй, Зепия Эльтнем Атласия – Ох! От одного лишь этого имени у меня мурашки по спине! – скорее всего, с лёгкостью может разделить свои мысли на семь частей. Именно поэтому он говорил так, словно обладал даром предвидения.
Однако в этот раз брат сам предложил помочь ему создать необычного фамильяра, опираясь на мой опыт, и я согласилась. Вы, наверное, спросите: «Разве причина не в том, что два брата – это в два раза больше возможностей для издевательств?» Что ж, затрудняюсь ответить.
В этот момент инерция слегка толкнула меня вперёд.
Кэб остановился.
Через круглое окно я увидела особняк, где нам назначили встречу. Это была одна из вилл Вальюэлета. У входа выстроились слуги.
— Ладно, пора готовиться к Суду Великих.
Я подняла руку.
Чтобы брат мог сопровождать меня, разумеется.
Он нехотя взял меня за руку, и мы покинули кэб. Слуги отвели нас в приёмную, где на одном из диванов сидел наш старый знакомый.
— Мелвин…
— А вот и ты, дорогой друг! Спасибо, что приехал! Я ждал здесь, потому что хотел встретить тебя первым!
Это был Мелвин Вайнс, первоклассная сволочь и самопровозглашённый «лучший друг» моего брата.
Он поприветствовал нас с привычной для него радостной и подозрительной улыбкой. Впрочем, должна признать, его можно было назвать привлекательным. Поскольку его постоянно рвало кровью, я думала, что он уже помер, но, видимо, ошибалась. Однако без него нам вряд ли удастся восстановить нашу Магическую метку, поэтому иногда я, сама того не желая, втайне молилась за его здоровье.
— Вы ещё живы?
Ой, случайно вырвалось.
— Ха-ха-ха, сестрёнка сегодня особенно груба! В этом Вы немного похожи на мою маму, но если говорить о буэ-э-э-э!
Я отпрыгнула в сторону. Не нужно было издеваться над ним. Настройщика вырвало кровью в самый подходящий момент.
Мне кое-как удалось сдержаться и не наступить ему на голову. Мелвин поднял взгляд, вытер рот платком и произнёс:
— Ох, прошу прощения. Как поживаешь, дорогой мой Вэйвер? Беспокойся о моём здоровье сколько душе угодно, не стесняйся! Давай же напишем поэму о нашей прекрасной дружбе, которая сияет ярче любого самоцвета! Ил ты можешь сопроводить меня в больницу моей семьи!
— Нормально я поживаю. И не надо выдумывать какую-то «прекрасную дружбу».
— Но ведь это же непреложный факт, запечатлённый в самой природе! Тысячелетняя истина, закреплённая девять с половиной лет назад! Ах, Вэйвер, как печально, что мне до сих пор приходится напоминать тебе о том дне!
Пока самопровозглашённый лучший друг пытался поведать слишком ярко выраженным языком тела о том, как сильно он балансировал на грани жизни и смерти, моему брату кое-как удалось отстраниться от него с отвращением на лице.
— У них там лекция… — сказал он, поджав губы.
 
AkagiДата: Воскресенье, 24.07.2022, 12:41 | Сообщение # 54
Wild Card Owner
Группа: Администраторы
Пол:
Сообщений: 464
Награды: 11
Репутация: 24
Offline
4

Учитель запрыгнул на стол.
Похоже, он был сильнее своей обычной версии. Наверное, потому что большей частью вычислений занималась Триммау. Честно говоря… я бы посмотрела на то, как учитель своими силами пытается туда залезть.
Он положил одну руку на лацкан своего ртутного пиджака и начал говорить:
— Прежде чем я всё тебе объясню, проведём небольшую лекцию, — он дважды топнул по поверхности стола, видимо, желая ещё раз удостовериться в своих размерах. — Что первое приходит тебе на ум, когда ты слышишь слово «лабиринт»?
— Лабиринт?
Разумеется, я сразу вспомнила знаменитый древнегреческий миф.
Согласно легенде, жена царя навлекла на себя гнев богов и зачала дитя от быка. Она родила монстра с бычьей головой и человеческим телом. Царь приказал великому изобретателю Дедалу построить для него темницу. Лабиринт, из которого никто не смог бы выбраться.
— Ну… лабиринт минотавра… Сложная штуковина, из которой невозможно выбраться.
— Да. Обитель минотавра является одним из самых известных лабиринтов в мифах и легендах. Также можно упомянуть лабиринт фараона Аменемхета III и кольцевой лабиринт в Эпидавре.
Учитель кивнул ртутной головой. Его длинные волосы покачнулись, словно волны далёкого моря.
— Однако когда-то лабиринты были другими. С одной стороны, ты дала правильное описание: это сложная конструкция с изобилием тупиков, в которой легко заблудиться. С другой – в лабиринтах изначально был только один путь.
— Что?..
Неожиданное заявление удивило меня.
— Это очевидно, если взглянуть на изображения. Где-то до пятнадцатого века лабиринты казались сложными, словно поверхность человеческого мозга, но на деле пройти их не составляло труда. Другими словами, создатели не ставили целью запутать незваных гостей, а, скорее, хотели заставить исследователей идти длинной, извилистой дорогой и тем самым отрезать их от внешнего мира.
Отрезать от внешнего мира.
— В одном пути есть определённый смысл. Поскольку он не ведёт наружу, исследователь должен добраться до сердца лабиринта. Полностью отстранившись от внешнего мира, человек неизбежно обратит взор на самого себя. Исследовать лабиринт – это всё равно что проникать в глубины своего естества. Получается, монстр, с которым человек сталкивается в сердце лабиринта – это версия его самого, несущая смерть.
Слова учителя произвели на меня такое сильное впечатление, что я словно разучилась дышать.
— То есть… моя деревня...
Там было гораздо больше путей, но в глубинах нас поджидала другая версия меня. Она носила маску, но обладала таким же телом, владела таким же копьём и даже знала, как высвобождать его силу.
— Да, для тебя родная деревня была лабиринтом, — сказал учитель. — Как только ты достигнешь глубин, тебе нужно вернуться назад тем же путём, вспоминая прошлое. Исследователи, которые познали смерть, начинают возрождаться шаг за шагом, повторно испытывая минувшие события. Наверное, можно сказать, что лабиринт – это не только сооружение, в котором можно потеряться, но и ритуал инициации, возвращение от смерти к жизни.



Слова учителя скапливались внутри меня, словно снег.
Именно такой и была для меня деревня. Я не только проникла в пещеры, но и оказалась в прошлом благодаря супероружию института Атлас, из которого вернулась вместе с матерью. Если он говорил правду, имело ли это какое-то символическое значение?
— Хи-хи-хи, ты что, плачешь? — негромко спросил Адд. Мне бы очень хотелось, чтобы он перестал так делать. Это очень смущало.
— Эту церемонию инициации постепенно переняли религии. Такие лабиринты также называются церковными, их можно увидеть на полах и сводах различных религиозных учреждений. Как правило, они имеют «классическую» конструкцию из семи окружностей или «средневековую» из одиннадцати. В данном случае «одиннадцать» - это меньше, чем число апостолов, и больше, чем количество заповедей и связанных с ними личных грехов. Также можно сказать, что это символ земного царства.
Учитель наклонился и коснулся поверхности стола. Наверное, именно так и высекали лабиринты на полах церквей.
— Церковные лабиринты призваны избавить человека от греха. С помощью этого земного числа они очищают от скопившейся скверны и пороков. А минотавр сменяется голосом Сатаны, затаившегося в сердцах людей.
Он говорил слишком мудрёно, но в целом я его поняла.
По сути, церковные лабиринты помогали людям узреть их сокровенные желания или порывы.
— Аналогичным образом лабиринты существуют и внутри магов. Никто не обладает идеальным пониманием самого себя, и поэтому лишь те, кто может покорить лабиринт своего разума, становятся могущественными магами. Разумеется, для этого тоже необходим талант.
Сказав это, учитель закусил губу. Это было в его духе.
Кто-то, может, посмеялся бы, но я находила это немного грустным. А как думал сам учитель?
— Так вот она какая, лекция в классе Эль-Меллоев, — сказала Токо, которая с озадаченным видом наблюдала со стороны.
— Прошу прощения, это было довольно поверхностно.
— Напротив, Ваша лекция изобиловала деталями, поэтому не стоит извиняться. Мы, маги, постоянно сталкиваемся с таинствами. Нам многое о них известно, но связь между историей и магией порой размывается. После такой лекции несложно понять, почему у Вас приживаются ученики, с которыми никто больше не может совладать. Разумеется, наверняка есть преподаватели, считающие, что Вы зря тратите время.
Вряд ли в её словах был какой-то глубинный смысл, но я всё равно ужаснулась.
Будучи Грандом, она, вероятно, думала, что в подавляющем большинстве высокопоставленные маги Часовой башни были такими же, как мой учитель, который постоянно переживал из-за отсутствия таланта. Аозаки Токо превосходила их всех и поэтому могла взглянуть на его лекции с такой точки зрения.
Я услышала кашель.
Это был мой учитель. Поскольку это тело не было подвержено болезням, он, скорее всего, просто хотел вновь привлечь к себе внимание. Я виновато повернула голову, и учитель едва заметно кивнул в ответ. Он вновь топнул по поверхности стола. Раздался отчётливый звук, когда металл соприкоснулся с деревом.
— Однако знать тебе нужно не это. Под Часовой башней тоже есть знаменитый лабиринт.
— Это тот, в котором выжили те самые… Выжившие?
Похоже, мы наконец-то подошли к сути дела. В тёмную пещеру, по которой я блуждала, словно пробился луч света.
— Хотя нет, всё немного не так, — добавил учитель.
— Не так?
— Да. Вероятно, стоит сказать, что Часовую башню создали именно из-за существования этого лабиринта.
До меня не сразу дошёл смысл этого предложения.
— То есть? — спросила я, желая ещё глубже погрузиться в отчаяние из-за своего невежества.
— С наступлением Эпохи человечества таинства Эпохи богов исчезли. Да, древня магия была потеряна. Остались лишь небольшие, незначительные фрагменты.
Я уже слышала нечто подобное.
По всей видимости, магия современной эпохи казалась пустой оболочкой в сравнении с настоящим волшебством. Между двумя эпохами существовала отчётливая разница. Также именно поэтому Фэйкер внушала такой ужас.
Она была древним магом из тех времён, когда герой Искандер завоёвывал мир.
Если бы в битве на «Рельсовом цеппелине» ей удалось использовать хотя бы одно заклинание, мы бы, несомненно, погибли.
— Однако под Часовой башней… Нет, под Лондоном всё ещё покоится гигант, загадочное тело невероятных размеров, — сказал учитель, указав пальцем себе под ноги.
— Под телом Вы подразумеваете…
— Человеческий порядок влияет на подземные пространства не так сильно. Поэтому там можно найти фрагменты, которых на поверхности больше не существует. Однако под Часовой башней погребены такие предметы, которых «фрагментами» попросту не назовёшь.
Я ощутила в спокойных словах учителя нечто пугающее.
Мне сразу пришёл на ум зарытый пиратский клад.
— И все они… в лабиринте?
— Да. К ним относятся, например, драконьи зубы и чешуйки, потерянные камни духа, застывшие в янтаре тела молодых гидр и самые разные артефакты, которые невозможно найти на поверхности. Можно сказать, что этот лабиринт – хребет Часовой башни.
— Именно! Так я и думал! Жанр «режь и руби» - основа ролевых игр! Можно после первых же наград сразу превратить персонажа в ниндзя или вырастить дюжины собственных демонов! Сильнейшие чародеи тоже не будут ждать тебя всё время, потому что они работают посменно!
Флат радостно встал в победную позу.
Я уже смутно подозревала об этом, но слова учителя всё равно шокировали меня. Мне стало понятно, почему он сказал, что Часовая башня была создана здесь из-за лабиринта.
Однако самая важная часть по-прежнему была окутана туманом.
— А откуда этот лабиринт взялся?
— …
На секунду воцарилось молчание.
Учитель, производивший впечатление человека, которому всегда есть что сказать, словно не знал, откуда начать.
Неужели это было так сложно объяснить?
Стоило мне подумать об этом, как учитель медленно произнёс:
— Даже среди тех, кому известно о существовании лабиринта, об этом знают лишь немногие… Это древняя легенда.
Я сразу же заинтересовалась.
Легенда Часовой башни, которая передавалась среди магов, живших в окружении таинств. Какой она была?
Разумеется, история началась совсем не так, как я ожидала.
— Давным-давно жил один гигантский дракон. Некоторые говорят, что он походил на гору, а каждый его коготь был размером с башню.
— А?..
Внезапно услышав нечто, похожее на сказку, я удивлённо моргнула несколько раз.
Мне еле удалось уместить в своей голове знание о том, что где-то под нами находился лабиринт. При чём здесь был древний гигантский дракон?
— Подождите, учитель, мы же говорили про лабиринт…
— Просто слушай. Несмотря на то, что в Часовой башне эту историю считают всего лишь сказкой, намёки на её правдивость всё же есть. Ты, наверное, думаешь, что это просто страшилка, которой пугают людей. И это несмотря на то, что в тебе самой звучит эхо таинства.
Учитель с некоторой неловкостью вновь прочистил горло и продолжил:
— Большинство драконов почувствовали приближение конца Эпохи богов и перешли на другую сторону мира до исчезновения фантазменных видов. Однако… этот дракон задержался. Может быть, он был недостаточно силён. Или, возможно, была какая-то другая причина.
Учитель рассказывал историю о драконе, словно сказочник, сидящий у костра.
Вероятно, он назвал дракона местоимением «он», потому что чувствовал некий резонанс с этой легендой. Я подумала, что это было присуще всем магам, стремящимся постичь исчезающие таинства, но моё предположение было, скорее всего, немного притянуто за уши.
— Однако дракону постепенно пришлось признать, что его время ушло. Наступила Эпоха человечества. Смирившись с этим, дракон наконец-то приготовился отправиться на другую сторону мира. Но было уже слишком поздно. Врата на поверхности, оставшейся без таинств, уже закрылись. Дракон взревел, сожалея о своём высокомерии. Но он не сдался, не отчаялся. Ему пришла в голову мысль: «Если на таинства полагаться больше нельзя, то я проложу путь своими силами». И он начал погружаться в глубины земли, где следы таинств существуют и по сей день.
Это была уже не лекция, а сказка. Причём довольно грустная.
Я невольно подумала о динозаврах. Когда-то они процветали, находясь на вершине пищевой цепи. Но их постигло вымирание, видимо, потому что они слишком приспособились к своему времени.
Возможно, я ничем не отличалась от них.
— Однако, — сказал учитель, — зарываясь в землю, он перестал дышать.
— А что произошло потом?
— Не так уж много. Дракона, который был крупнее горы, постепенно разорвали на части движения земной коры. Этого хватило, чтобы превратить его тело в огромный лабиринт.
Наконец-то мы вернулись к изначальной теме.
Пока я в замешательстве что-то бормотала себе под нос, учитель продолжил:
— Этот лабиринт известен как Альбион - или Могила духа - и расположен глубоко под Часовой башней.
Могила.
Меня словно ударило током, когда прозвучала это слово. Мне казалось, что я навсегда отделалась от него, когда мы раскрыли дело в моей деревне.
Однако эта история была слишком нелепой и бредовой, чтобы в неё поверить.
За минувшие месяцы я успела повидать немало того, что казалось невероятным. Я даже начала сомневаться, что мне хватит духа иметь дело с такими вещами. Однако в этот раз мне словно нанесли смертельный удар.
— Эм… То есть эта Могила духа, этот… Альбион прямо под нами? — кое-как выговорила я.
— Как я уже сказал, эту легенду считают всего лишь сказкой. Но неважно, правда это или нет, потому что факт остаётся фактом. Под нашими ногами действительно находится огромный лабиринт. Пожалуй, будет уместно даже назвать его отдельным миром. И это место очень важно для Часовой башни.
Слова учителя эхом разнеслись по комнате, заполненной зельями.
Будучи мастерской мага, это жилище казалась слишком заурядным, особенно в сравнении с тем, о чём мы сейчас говорили. Или, возможно, оно была очень даже уместна как раз из-за своей заурядности. Всё-таки для мага, знакомого с Часовой башней, эти знания были вполне обыденными.
— Ха-ха, довольно абсурдно, не так ли? — Токо, которая внимательно слушала всё это время, улыбнулась. - Впервые услышав об этом, я лишилась дара речи. Как можно заявлять, что таинства исчезли, когда существует такое? Мне это кажется странным.
— Я тоже растерялся, когда услышал про труп дракона, — признался Свен.
Услышав, что их мысли совпадали с моими, я почувствовала облегчение. Если уж они были поражены до глубины души, то и мне, разумеется, вряд ли удастся сразу уместить это в голове.
— А я всё время верил, что под Часовой башней есть катакомбы, как под особняками всяких богатеев! Было бы странно, если бы там ничего не было! Запертые врата! Спрятанные сокровища! Монстр, застающий врасплох!
— Заткнись, Флат. Повторюсь, Альбион очень важен, потому что от него огромная польза. Поэтому Часовая башня создала особую организацию для извлечения артефактов из лабиринта. Это было сделано для того, чтобы ни одна из двенадцати семей не взяла его под свой контроль и не заполучила невероятное преимущество.
Внезапно, всё свелось к борьбе за власть.
Я словно оказалась на американских горках. Всевозможные слова, как фантастические, так и самые обычные, наваливались на меня одно за другим, кружась в бешеном вальсе.
Мне стало плохо, и я потёрла виски через свой капюшон.
— П-подождите немного, пожалуйста.
— Ты в порядке?
— Д-да, просто для меня это немного перебор… — призналась я.
Мой медлительный мозг не мог со всем этим совладать. Дело было не только в количестве информации. Она была слишком необычной и сложной, из-за чего у меня не получалось нормально сложить все кусочки воедино.
— Вот как, — кивнув, сказал учитель. — Раз так, как насчёт диаграммы? Свен, ты ведь посещал соответствующие занятия, да? Сможешь воспроизвести рисунок?
— А, конечно.
Свен достал из кармана ручку.
Первым делом он написал «Альбион, Гробница духа». Затем изобразил лабиринт в виде пирамиды, разделённой на несколько слоёв. После чего он добавил несколько линий и подписал их. Шахтёрский город Магисфэйр, Великая Магическая цепь, Древнее сердце, Карильонская обсерватория… и так далее.



Наконец в самом верху диаграммы он написал название организации, которую только что упомянул учитель. Тайный отдел вскрытия.
— Это… организация, заведующая раскопками Могилы духа?
— Да. В лабиринте всё находится под юрисдикцией Тайного отдела вскрытия. Даже Бартомелои и Трамбелио, возглавляющие аристократическую и демократическую фракции соответственно, не могут вмешаться в его работу. В каком-то смысле этот отдел относится к Часовой башне, но при этом не является её частью. Так что можешь не стыдиться, ведь ты здесь всего полгода.
Отдел, созданный Часовой башней, но не являющийся её частью.
Организация, заведующая исключительно лабиринтом и не подчиняющаяся двенадцати семьям. Я не совсем всё поняла, но смутно осознала, что это было важно.
— Учитель… А каковы последствия того, что владелец этой мастерской является Выжившим из Альбиона? — спросил Свен, отложив ручку.
Наконец-то – уже в который раз – мы вернулись к началу. Я глубоко вздохнула. После всего, что мне рассказали, ощущение было такое, что я словно вернулась из длительного путешествия.
Альбион, Гробница духа. Огромный лабиринт под Часовой башней. Если верить Токо, все ученики Хартлесса были там и считались Выжившими.
К какой же истине это приведёт?
Я сглотнула.
Но в этот момент учитель застонал.
— Учитель?
— Прошу прощения. Нас готовы принять. Позвольте мне сосредоточиться на первой группе.
После этих слов ртутное лицо миниатюрной копии учителя застыло, и он замолк, словно, отключённый робот.
 
AkagiДата: Воскресенье, 24.07.2022, 12:43 | Сообщение # 55
Wild Card Owner
Группа: Администраторы
Пол:
Сообщений: 464
Награды: 11
Репутация: 24
Offline
5

— Ты закончил? — спросила я.
Мой брат с недовольным видом поднял взгляд.
Он немного побледнел. Такое постоянно случается, когда маг переключается на восприятие через фамильяра и обратно. Разумеется, почти все, как правило, быстро к этому привыкают, но у брата пока что маловато опыта.
— Нет, но встреча с Вальюэлета во-вот начнётся. Мне лучше сосредоточиться на ней, не так ли?
— Забот по горло, да, Вэйвер? — не задумываясь, сказал Мелвин.
Разумеется, это он доставил моему брату кучу проблем, когда передал ему сообщение от Вальюэлета. Также он даже не попытался проявить внимание и подождать, пока брат не отойдёт от временного головокружения.
— Ладно, идём.
Мелвин указал красивым подбородком на дверь, и мы пошли по коридору особняка.
— Ты в порядке, брат?
— Да. Ты всё равно не стала бы меня ждать.
— Ха-ха. Я просто не хочу просить от тебя слишком многого, дорогой мой брат! Твоей милой младшей сестре всего лишь нравиться смотреть на боль других людей. Совсем чуть-чуть.
— С этим надо что-то сделать, если не хочешь остаться без друзей.
— Ох…
Как же он любит повторяться. К тому же ему ли не знать, что изменить мою личность попросту невозможно?
Проглотив все эти жалобы, я ускорила шаг, чтобы не отстать от Мелвина, моего брата и Триммау.
В коридоре было полно самых разных произведений искусства.
Некоторые были настолько известны, что даже я их узнала. Это лишь подчёркивало власть владельцев особняка. Разумеется, здесь были только подлинники. Будучи семьёй, заведующей факультетом созидания, Вальюэлета любили искусство. Они владели множеством художественных галерей, да и картины смотрелись очень естественно, что было бы невозможно, если бы их владелец хотел продемонстрировать своё богатство. У меня даже сложилось впечатление, что Вальюэлета испытывали наш вкус. И это раздражало. Здесь были произведения Руссо, которые, скорее всего, выбрали специально, потому что стилистически они находились между барбизонской школой и импрессионизмом.
— Кстати, Вэйвер.
— Что?
— Тебе это наверняка уже известно, но большинство демократов желает избавиться от фракции Эль-Меллой. Из двенадцати семей вы по-прежнему самые слабые, поэтому ваше исчезновение вряд ли что-то изменит, — сказал Мелвин, с беззаботной улыбкой рассуждая о крахе нашей семьи. — Но Вальюэлета не из их числа, потому что вы нравитесь Лорду.
— …
Слова Мелвина легли на меня тяжёлым грузом.
Симпатия не обязательно сулила что-то хорошее. Эль-Меллои всё ещё являлись частью аристократической фракции, и то, что наш Лорд был на хорошем счету у Лорда-демократа, плохо сказывалось на репутации. Другие аристократы уже нас презирали, поэтому всё это походило на бомбу, готовую взорваться в любой момент. Разумеется, Вальюэлета прекрасно это осознавали, и приглашение встретиться говорило о том, что с личностью у них, скорее всего, было так же плохо, как и у меня.
Мой брат побледнел ещё сильнее. Он прижал руку к животу и ответил:
— Надеюсь, ты завёл этот разговор не для того, чтобы поведать о столь очевидных вещах?
— Разумеется, нет. Но ты идёшь по тонкому льду, и впереди тебя ждёт трудный этап в жизни. Аристократы считают вас изгоями, присоединиться к демократам или нейтралам вы тоже не можете. Полагаться только на себя долго не получится, знаешь ли. Даже мама начала тебя замечать.
— Твоя мать?
— Да. Поэтому я и решил тебя предать.
— Что?..
— Какого чёрта это значит?! — рефлекторно закричала я.
Я всегда считала его мразью, но даже не думала, что он предаст моего брата.
Мразь пожала плечами.
— Ха-ха, не волнуйтесь. Я бы никогда не продал своего лучшего друга по дешёвке! Моя голова тоже стоит на кону!
Он закашлялся, и платок, прижатый ко рту, окрасился кровью.
Одновременно с этим слуги открыли дверь.
В просторной приёмной стоял длинный стол из розового дерева, который хорошо вписывался в интерьер. Сидевшая на одном из стульев хозяйка особняка подняла морщинистую руку.
— А вот и Вы, Эль-Меллой.
— Давно не виделись, Лорд Вальюэлета.
— Эй, хотите сказать, что я как-то иначе воспринимаю время, потому что слишком старая? Прошло всего несколько месяцев, разве нет? — моргнув, сказала Инорай. Между её пальцами была зажата сигарета, а на столе рядом с ней стояла пепельница. Судя по запаху, табак был смешан с какими-то травами.
Однако настоящая проблема заключалась не в этой старой женщине.
За столом сидел ещё один человек. На мгновение все мысли покинули мою голову, а брат выпучил глаза.
— Не ожидал Вас здесь увидеть.
— Ха-ха-ха, Лорд Вальюэлета часто Вас упоминала, вот я и попросил Мелвина представить меня.
Он был очень мускулистым.
На вид этому мужчине было от сорока до пятидесяти лет, но в магическом обществе внешности не стоило доверять. Явно сшитый на заказ из высококачественной ткани костюм идеально облегал его фигуру, подчёркивая мускулы на плечах и спине.
Но нас поразило вовсе не это.
— Макдонелл Трамбелио Элрод, — еле выговорил мой брат.
Да.
Трамбелио.
Никогда бы не подумала, что Лорд Трамбелио, лидер демократической фракции, тоже будет здесь.
В горле мгновенно пересохло.
 
AkagiДата: Воскресенье, 07.08.2022, 11:38 | Сообщение # 56
Wild Card Owner
Группа: Администраторы
Пол:
Сообщений: 464
Награды: 11
Репутация: 24
Offline


Глава 3


1

Бартомелои, лидеры аристократической фракции.
И Трамбелио, возглавляющие демократическую фракцию.
Если спросить, какая группа людей обладает наибольшей властью в Часовой башне, то ответом, вероятно, будет одна из этих семей. Разумеется, Бришисаны, ответственные за факультет традиционных знаний, которые были выдающимися с первого дня своего появления, и Мелуастеа из нейтральной фракции тоже обладали влиянием в своих сферах, но у них не было ни шанса в соперничестве с Бартомелоями и Трамбелио.
Трамбелио не только находились на самом верху Ассоциации магов, но и являлись одной из трёх великих благородных семей. Они также заведовали факультетом общих основ, тем самым закрепляя свой титул недвижимой силы в Часовой башне. И Лорд этой семьи, Макдонелл Трамбелио Элрод, сейчас сидел прямо перед нами.
— Спасибо, Мелвин, что принял моё предложение, — сказал здоровяк с лучезарной улыбкой.
Это была улыбка политика. Я подумала, что если бы он появился в телевизионной рекламе, то его зубы сверкали бы белизной. Присутствие этого мужчины было настолько сильным, что атмосфера в приёмной Вальюэлета стала какой-то странной.
— О, не нужно благодарить меня. Разве я мог отказать, когда об этом меня попросили не только Вы, мистер Макдонелл, но и моя мама? Да и для моего лучшего друга это неплохая идея. Верно, Вэйвер?
— Разумеется. Это честь для меня, — мой брат поклонился, а я приподняла подол платья и сделала реверанс так вежливо, как только могла. Моё психическое состояние никак не влияло на этикет, который мне в голову вбила гувернантка, поэтому движения были исключительно автоматическими.
— Я Райнес Эль-Меллой Арчизорт, и для меня тоже честь сопровождать брата на этой встрече. Прошу прощения за моё нежеланное присутствие.
— Ха-ха-ха, к чему такая вежливость? Я слышал, что вы встречались с самим директором института Атлас. Зачем так нервничать перед Лордом?
Хмф, хватило же ему наглости сказать такое.
Я постаралась избавиться от недовольного выражения, которое уже начало возникать на моём лице.
Да, с определённой точки зрения, авторитета у директора Атласа было больше, чем у верхушки Часовой башни. То есть Лорда Трамбелио можно было считать его подчинённым.
Однако в жизни всё было иначе.
Сами подумайте.
Институт Атлас, каким бы важным он ни был, являлся отдельной организацией, слабо связанной с Часовой башней.
С другой стороны, Трамбелио были для нас чем-то вроде непосредственного начальства. Если говорить ещё точнее, то мы находились по разные стороны баррикад, в разных фракциях. Как ни крути, они могли из прихоти сломать шею фракции Эль-Меллой. Как тут не нервничать?
Было также кое-что ещё.
Он только что дал понять, что знал об инциденте с институтом Атлас. Это вполне могло быть демонстрацией информационного арсенала.
Макдонелл изучил моего брата взглядом с головы до ног, после чего весело произнёс:
— Вы, как всегда, налегке.
Эти слова несли не только буквальный смысл. Куртки и шарфа моему брату было вполне достаточно, чтобы защититься от холода лондонской зимы, да и выглядели они достаточно модно для официальных мероприятий.
Он имел в виду магические приспособления.
Лорды и высокопоставленные маги зачастую готовили всевозможные Тайные знаки для защиты как от магических, так и от физических атак. Всё-таки их жизнь всегда находилась под угрозой. Некоторые носили с собой так много мощных Тайных знаков, что могли даже, по слухам, уничтожить целую крепость.
Разумеется, у моего брата, вероятно, имелась при себе пара Тайных знаков, про которые я не знала, но в сравнении с более могущественными представителями Часовой башни он был невообразимо легко «одет».
— Мои жалкие трюки бесполезны против такого мага, как Вы.
— Ха-ха-ха. Да, это так, но нельзя же просто войти в вольер к львам, вооружившись лишь игрушечным оружием. На самом деле мне очень интересно, откуда у Вас такая уверенность. Может быть, мне даже есть чему у Вас поучиться, — с сияющим взором сказал Макдонелл.
Проблема заключалась в том, что лишь половина из того, что он сказал, была правдой.
Часовая башня была обителью заговоров. Там постоянно плели всевозможные замысловатые интриги, и буквально каждый облизывался в ожидании, что какой-нибудь глупец угодит в ловушку.
Самым ужасающим было то, что там не существовало таких вещей, как доброта и уважение. Страсть к магии и благие намерения слились воедино с борьбой за власть. Именно в таких условиях в Часовой башне проходил день за днём.
Более того, он был Лордом. Да ещё и Трамбелио, что даже хуже.
Представ перед человеком, которого можно было назвать представителем современной Часовой башни, я негромко вздохнула.
Всё-таки я тоже была одной из её обитателей.
Я не могла не думать об этих вещах, даже если они мне не нравились.
Когда я родилась, имя Райнес Эль-Меллой Арчизорт было внесено в список людей, угодивших в эту паутину интриг. Мне было предначертано рано исчезнуть со сцены или жить под домашним арестом, будучи членом ничтожной семьи, но я смогла оказаться здесь. Мне всегда казалось, что всё получилось благодаря таланту вкупе с удачей… но сейчас я столкнулась с человеком, с которым было слишком сложно иметь дело.
Судя по тому, что ему было известно об инциденте с институтом Атлас, я не могла знать, что ещё он мог раскрыть. По правде говоря, мой брат отличался не свойственной для Лордов добротой, и я могла с гордостью сказать, что являлась его полной противоположностью. Если ударить меня по логове, мои намерения рассеются по воздуху, словно угольная пыль.
Разумеется, я приложила немало усилий, чтобы скрыть информацию, но она всё равно как-то добралась до Трамбелио. Если утечек не было, то откуда они всё узнали? В зависимости от хода беседы сыграет ли это роль в решении присоединиться к демократической фракции? Нет, если это произойдёт, всё что я приготовила до сего момента, обратится против нас.
— Успокойся, моя дорогая, — прошептал брат.
До этого его глаза были затуманены и полны усталости, но теперь в них горел огонь, который невозможно было затушить.
Я даже не знала, что сказать по этому поводу. Неужели чем невыгоднее была ситуация, тем он чувствовал себя увереннее?
Ну и что мне с ним делать?
Он напоминал мне канализационную крысу. Наверное, брат руководствовался выражением «помирать, так с музыкой». В таком случае мне, наверное, тоже стоит быть храбрее.
Я едва заметно пожала плечами и так же тихо ответила:
— Я спокойна. Когда нужно плести интриги, я на высоте, так что предоставь это мне.
— Конечно, кому же ещё. Если бы я был здесь один, то уже давно потопил бы не только себя, но и всех своих учеников. Я доверяю тебе свою жизнь.
Он сказал нечто настолько приятное, сам того не желая, и это явно указывало на какую-то проблему. Будь готов к тому, что однажды один из учеников воткнёт тебе нож в спину, дорогой старший брат.
Сев на стул, который выдвинули слуги, мой брат вежливо улыбнулся.
— Такое чувство, что Суд Великих начнётся прямо здесь и сейчас.
— Разумеется, нет. Необходимо заранее узнать, что думает, Вам так не кажется? Если в течение всего собрания мы будем ходить вокруг да около, то только зря потратим время. А время, как говорится, деньги. Я просто должен выслушать мнение того, кто очень популярен среди нью-эйджеров, — сказал Макдонелл, приветственно раскинув руки. — Но это значит, что Вам уже известно о предстоящем Суде Великих. Неплохая осведомлённость, ведь формальные приглашения ещё не отправили. Хм, да. У Вас очень интересная разведывательная сеть.
— Лорд Трамбелио, — произнесла женщина, сидевшая рядом с ним. — Слишком длинное вступление может повлиять на беседу. Вы пытаетесь заставить меня уйти как можно быстрее? А как же «время - деньги»?
— О, прошу прощения. Я немного увлёкся. Но мы же всё равно собирались поболтать за обедом? Так что я вполне могу не торопиться, разве нет?
Мужчина снова улыбнулся, напомнив мне льва.
Он подозвал слугу, стоявшего за его спиной.
— Как я уже говорил, я взял на себя смелость привезти своего шеф-повара. Давайте всё обсудим за трапезой. Лорд Вальюэлета, Ваши вкусы ведь не изменились?
— Хорошая еда – это сокровище современной эпохи. Если настанет день, когда мне нечего будет есть, я откажусь от титула мага.
— Ха-ха, я не переживу ухода моего надёжного партнёра, — ровно и в какой-то степени серьёзно произнёс Макдонелл.
Оба Лорда устремили свои взгляды туда, где сидели мы с братом.
Мелвин плюхнулся на стул в конце длинного стола, словно говоря, что его работа была сделана.
У меня на руках всё ещё было мало карт.
Мы узнали о Суде Великих заранее и тем самым избежали худшего сценария, но что будет дальше?
Сейчас нам были известны лишь три вещи.
Во-первых, Хартлесс, скорее всего, имел какое-то отношение к собранию.
Во-вторых, это было связано с серийными исчезновениями его учеников.
В-третьих, согласно тому, что сказала Аозаки Токо, все эти ученики были Выжившими из Альбиона, огромного лабиринта под Часовой башней.
Мне нужна была, по крайней мере, ещё одна карта.
Что-то, что можно было использовать в качестве разменной монеты или наживки, чтобы получить информацию от кого-то ещё. Обычным блефом тоже можно было чего-нибудь добиться, но только не с этими двумя.
— Райнес, — пробормотал брат. — Пока идёт встреча, я займусь сбором информации с второй группой.
После этих слов его глаза вновь затуманились.
Даже с помощью Триммау поддержание разговора здесь одновременно со сбором точных данных там было почти достаточно, чтобы спалить ему мозги.
— Помощи от тебя, конечно… — пробормотала я. Но мой боевой дух почему-то разгорелся с новой силой.
Глядя на шампанское, которое принесли слуги, я решила выиграть как можно больше времени(дать последний бой).
 
AkagiДата: Воскресенье, 07.08.2022, 11:41 | Сообщение # 57
Wild Card Owner
Группа: Администраторы
Пол:
Сообщений: 464
Награды: 11
Репутация: 24
Offline
2

Мы продолжали исследование мастерской ученика Хартлесса. Флат, похоже, понял, что подразумевала Токо под «враждебными действиями», и теперь осматривался вместе со Свеном, то и дело бормоча себе под нос слова вроде «Ясно!» или «Вон оно как!»
Токо как ни в чём не бывало пила кофе, время от времени реагируя на мои вопросы. Для мага они, наверное, были простыми и скучными, но она отвечала со всей искренностью, что делало её немного похожей на моего учителя.
— Другими словами, для некоторых магов Могила духа – это последний шанс, — сказала Токо. — Скажем, нью-эйджер достигнет небывалых высот, если раздобудет большое количество дорогих артефактов. Даже с не самыми хорошими Магическими цепями можно добиться чего-то существенного. Однако Тайный отдел вскрытия не пропускает кого попало, чтобы избежать роста контрабанды. Поэтому, если не считать обладателей особых разрешений и членов самого отдела, людям очень сложно покинуть лабиринт. Внутри Могилы духа есть даже шахтёрский город, где живут люди. Это можно назвать современной версией рабства в мире магии.
Я подумала о старателях во времена золотой лихорадки.
Более тридцати тысяч людей, прослышав о золоте, перебрались в Новый Свет и устремились в Калифорнию. Однако, насколько я знала, больше всех разбогатели те, кто продавал шахтёрское снаряжение.
— Выжившие – это люди, которые занимались раскопками в Альбионе и смогли вернуться на поверхность. Даже если объединить тех, кто ждал разрешения, с теми, кто заплатил за свободу, то всё равно наберётся совсем немного.
— И владелец этой мастерской один из таких?
— Да. Он ждать не стал и просто заплатил. Выбравшись, он, судя по всему, решил держаться в стороне от Ассоциации магов. Да, можно жить в Лондоне и при этом не сталкиваться с Часовой башней. Для меня такая жизнь была бы невыносимой… О?
Токо бросила взгляд в сторону стола. Ртутная фигурка моего учителя ожила. Он глубоко вздохнул и начал осматриваться.
— Учитель?
— Привет. Как проходит встреча?
Услышав вопрос Токо, миниатюрная версия моего учителя нахмурилась. То, что Триммау могла с точностью воспроизвести даже выражение его лица, мягко говоря, впечатляло.
— Плохо. Но здесь моё присутствие тоже необходимо. Прошу прощения, Вы не могли бы уделить мне немного времени?
— Вас что-то тревожит. В чём дело? — заинтересованно спросила Токо.
— Можете объяснить, почему все ученики Хартлесса являются Выжившими?
— А, вот оно что. Это стало очевидно только тогда, когда Вы показали мне список имён. О двух других я знаю лишь по слухам. Если мне не изменяет память, на раскопках в лабиринте они были членами одной группы.
— Одной группы…
Услышав нетерпение в голосе учителя, я решила повременить с вопросами.
В какой-то степени мне было понятно, что это означало. Скорее всего смысл был именно буквальным: они объединились в одну группу, чтобы заниматься раскопками. Однако мне сложно было поверить в случайность того, что ученики Хартлесса вместе добывали артефакты в Альбионе.
Но почему это было так важно?
— Здесь много вещей, которые сложно найти на поверхности, — сказал учитель, глядя на полки с флаконами.
Среди всевозможных загадочных предметов были окаменелости в форме клыков и светящиеся кристаллы, которые я никогда прежде не видела. Они излучали необычную магическую энергию.
Токо едва заметно кивнула.
— Да. Всё это, наверное, из лабиринта… Хм, странно. Выкупить добытые артефакты теоретически возможно, но это будет стоить внушительных денег. А он не только сделал это, но ещё и заплатил, чтобы сократить срок своего пребывания в Альбионе.
Учитель задумался на мгновение, после чего пришёл к выводу:
— Значит, все эти артефакты могли вынести из Могилы духа нелегально? А Хартлесс знал, как проникнуть в лабиринт?
— Вот как. Интересная гипотеза. Лордом он не был, но всё равно использовал власть в целях личной выгоды. Интересно. Кстати говоря, стоит ли Лорду факультета современной магии делиться этим с посторонним человеком вроде меня?
— Вы бы всё равно вскоре пришли к такому же выводу.
— Ха-ха, Вы так думаете? Разумно. Но всё равно будьте аккуратны со своей открытостью. Неужели Вы настолько нетерпеливы?
— Обычным людям вроде меня без прямолинейности ничего не добиться.
Чего именно он хотел добиться? Учитель не стал вдаваться в подробности, но у меня возникло чувство, что эти слова раскрыли глубины его естества.
В этот момент позади меня раздался взрыв.
— Флат?! Свен?! — резко развернувшись, закричал учитель.
Я положила руку на крючок под правым плечом, приготовившись высвободить Адда.
Из двери в соседнюю комнату повалил густой дым.
— Профессор! Мы успешно вторглись в эту мастерскую!
Из дыма выпрыгнул покрытый копотью Флат и отсалютовал нам, словно моряк.
— Идиот! Сколько раз тебе говорить, чтобы ты ничего не делал без разрешения?!
— Но Ле Шьен подсказал мне, где примерно находится ядро мастерской! Разве я мог устоять?
— Я сказал тебе не трогать это ни при каких обстоятельствах! Так что не взваливай вину на меня! И я не Ле Шьен, хватит меня так называть! — послышались возражения Свена. Через секунду он появился следом за Флатом, кашляя от дыма.
— Когда перед тобой любопытная загадка, руки так и тянутся её решить! Следовать за тенями заклинаний, оставшимися на стенах, было очень интересно, вот я и решил попробовать. Но кто-то, похоже, здесь уже похозяйничал, вот всё и взорвалось, когда я коснулся главного заклинания.
— Похозяйничал?..
Тон учителя стал серьёзным, а Токо прищурилась.
— О каких таких тенях ты говорил? — спросила она.
— Дайте подумать… Я просто осматривал место, на которое указал Ле Шьен, обнаружил следы заклинаний и немного изучил их. Знаете про искусство теней? Это когда наводишь свет на мешанину из всяких деталей и проволоки, а на стене появляется тень собаки или яблока. Когда мисс Токо сказала, что действия, способные спровоцировать мастерскую вполне очевидны, я подумал о тенях… и смог всё распутать!
— А, так ты из этих, парень. Я думала, что тебе по силам создать марионетку без чертежа, но ты на самом деле можешь провернуть процесс обратного превращения марионетки в чертёж.
Явно испытывая одобрение, смешанное с беспомощностью, Токо пожала плечами.
Объяснение Флата было невероятно расплывчатым, но она, видимо, всё поняла. В то же время на лице учителя возникло недовольное выражение.
— А, ещё кое-что. Заклинания были похожи на те, что были в деревне Грэй. Только тогда я их видел через хрустальные шары мистера Зепии.
Ртутные брови учителя слегка изогнулись.
— В деревне Грэй? Ты имеешь в виду заклинания, которые мы нашли в лесной хижине?
— Да. Похоже, это дело рук доктора Хартлесса.
— Хартлесс вторгся в мастерскую своего ученика?
Зачем?
Это как-то связано с серийными исчезновениями?
Не успела я задуматься, как учитель прижал ладони к вискам.
- Прошу прощения. Ко мне обращается Макдонелл. Я должен сосредоточиться на встрече.

*


Нам подали еду.
Первым на очереди был аперитив.
Я не запомнила марку, которую озвучил сомелье, но на вкус шампанского это никак не повлияло.
Пока я наслаждалась длительным послевкусием напитка, на столе появились амюз буш. На тарелке лежали маленькие штучки в форме миндального печенья, покрытые двумя видами яркого овощного соуса. Внутри каждой находилась начинка из икры или крема, а цвет был тщательно подобран, чтобы не утомлять глаз.
— Это современная британская кухня?
— Да. Можно есть руками, так что не стесняйтесь, — сказал Макдонелл и добродушно рассмеялся. Я послушно взяла одну штучку и положила её в рот. Хрустящая текстура идеально сочеталась со вкусом начинки, и я невольно начала с аппетитом уплетать еду.
Несмотря на то, что блюда относились к британской кухне, они были довольно разнообразными.
В конце концов, эта страна когда-то была морской империей, охватывавшей весь земной шар. В Англию стекалось множество блюд из самых разных стран, включая Индию и Китай. Шеф-повары принялись сочетать их по своему желанию и усмотрению, и британская кухня, которую в те времена не особо жаловали, начала обретать популярность.
Можно было сказать, что меню Лорда Трамбелио отражало не только эту историю, но и его мысли.
Как бы лучше выразиться… Это очень сильно походило на американский бизнес-ланч.
Лорд Юлифис сражу же скривился бы.
В то же время такой подход был одним из источников силы демократической фракции. Они вбирали всё и вся, если это было логично и эффективно. Они желали привести общество к процветанию и, руководствуясь одним из своих принципов, использовали всё, что было необходимо.
Поэтому многие справедливо считали, что факультет современной магии был ближе к демократам, а не к аристократам.
Однако мой брат был немного другим.
Я сама не могла это нормально объяснить. Это было похоже на разницу между рыбами и китами, или между насекомыми и пауками. Правда, я не знала, кто на какой стороне был.
— Кстати, Вам очень нравится танцевать, не так ли, мистер Макдонелл?
— Хм? А, ну да, пришлось кое-чему научиться. Всё-таки было бы невежливо отставать от жён или дочерей во время танцев.
— У Вас пять жён, если не ошибаюсь?
— Нет, я снова женился в прошлом месяце, так что теперь их шесть. Ещё у меня тринадцать дочерей. Каждая по-своему требует внимания и любви, так что дел у меня невпроворот.
Таков был результат игнорирования определённых законов. Мне на самом деле было любопытно, как они будут выбирать наследника, но у Трамбелио, возможно, были свои методы.
Мы начали общаться.
Поскольку расследование с другой группой стояло на первом месте, мне нужно было исключить брата из беседы. Более того, я должна была каким-то образом узнать как можно больше о Суде Великих. Однако при этом я могла случайно прострелить себе колени.
После шампанского нам подали хлеб с сыром.
Соус из моллюсков нанесли на керамическую тарелку таким образом, что он принял очертания морского существа, обвившего щупальцами закуски, словно цветочными лианами.
Откусив кусочек, я испытала неподдельную радость.
Богатый вкус в мгновение ока отвлёк моё внимание от шампанского и амюз буш. Он прекрасно демонстрировал навыки шеф-повара, которого специально привезли сюда.
Разрезая ножом свою порцию, Макдонелл произнёс:
— Ах да, у меня к Вам вопрос, Лорд Эль-Меллой.
— «Лорд Эль-Меллой второй»… Если Вы не против, — как обычно, добавил мой брат. Однако в этот раз в его голосе чувствовалась усталость.



Управление сразу двумя телами, видимо, было для его мозга настоящей мукой. Это было всё равно что распутывать проволочную головоломку правой рукой, а левой писать картину маслом. Если бы он подстегнул свои Магические цепи, то облегчил бы себе задачу, но без необходимого таланта ему приходилось страдать.
— Ладно. Что ж, Лорд Эль-Меллой II. Вы избрали новый подход, когда возглавили факультет современной магии?
Поскольку в приглашении значился именно мой брат, беседа переключилась на него. Я никак не могла вмешаться. Мне казалось, что брат реагировал медленнее, чем обычно, но он всё равно аккуратно отложил вилку и ответил:
— Нет, ничего не изменилось. Я просто надеюсь, что смогу передать ученикам все свои знания. Разумеется, с моим учителем мне не сравниться.
— Но Кайнет был стойким членом аристократической фракции. А Вы, насколько я понял, не собираетесь возвращаться к старой схеме и обучать только избранных учеников. Вы пытаетесь сделать магию более доступной?
— Как бы лучше выразиться… Я не могу отрицать вероятность такого результата.
— Хм. Лично я всё же надеюсь, что Вы выберете более традиционный подход к обучению.
Слова Макдонелла были ярким примером классического мышления в Часовой башне.
Аристократы были очень избирательными, а демократы постоянно впитывали всё возможное, чтобы обрести власть. Однако это вовсе не означало, что они были совершенно несовместимыми.
В конце концов, если исходить из предположения, что лишь талантливые люди с превосходными Магическими цепями могли нормально пользоваться магией, то в попытках сделать её доступной не было никакого смысла. Каким бы хорошим учителем мой брат ни был, он не мог опровергнуть этот факт.
Трамбелио возглавляли демократическую фракцию, но даже они вряд ли возлагали надежды на бездумное распространение магии.
Какое-то время мы наслаждались блюдами.
— Флат Эскардос и Свен Глашайт оказались на удивление удачным приобретением.
Темой для разговора внезапно стали ученики.
— Этих юнцов все считали безнадёжными, но лишь Вам удалось раскрыть их таланты. Вы, наверное, очень хороши, раз смогли заставить эти два очень разных самородка засиять на факультете современной магии.
— Пожалуйста, не говорите о моих учениках так, словно они какие-то вещи.
— О, прошу прощения, — сказал Макдонелл, доев свою закуску и вытерев губы салфеткой. — Однако Ваши действия могут вызвать беспокойство среди людей. Флат и Свен очень талантливы. Несомненно, они – будущее магии. Однако талант нельзя создать без ограничений. Вы наверняка в курсе, что таинство тем слабее, чем больше оно известно. Отыскать редкий самоцвет в мире магии – само по себе достижение, но если вы будете в большом количестве полировать камни и превращать их в фальшивые алмазы, то это может нанести вред.
Ой, мы ступили на минное поле. Похоже, что Макдонелл был обеспокоен сильнее, чем нам казалось. Я просигналила брату под столом, мол, «держись», но он, скорее всего, не увидел.
— Разумеется, я понимаю, какой должна быть магия.
Отлично, мой брат справился. Семьдесят очков ему за то, что не ляпнул лишнего.
Также мне стоило поблагодарить Макдонелла за то, что он не стал переходить на личности, когда говорил про камни. Иначе мой брат вспылил бы. Разумеется, я не думала, что он стал бы утруждать себя запоминанием кучи несущественных имён.
Когда слуги унесли тарелки, Макдонелл подался вперёд.
— Что ж, перейдём к делу. Вы одобряете план?
 
AkagiДата: Воскресенье, 07.08.2022, 11:42 | Сообщение # 58
Wild Card Owner
Группа: Администраторы
Пол:
Сообщений: 464
Награды: 11
Репутация: 24
Offline
3

— Какой ещё план? — сказал учитель, схватившись за голову.
Несмотря на то, что ртутная фигурка была небольшой – или, возможно, именно благодаря этому – мы сполна ощутили всю его тревогу.
— Ну надо же. Разговоры Лордов очень даже интересны. Значит, Трамбелио и на такое способны.
Учитель не стал вдаваться в детали, но Токо, похоже, всё поняла. Однако ситуация по-прежнему была слишком запутанной.
В чём заключался план Трамбелио? И как Хартлесс вторгся в эту мастерскую?
— Все ученики Хартлесса являются Выжившими из Альбиона, — пробормотал себе под нос учитель. — С высокой долей вероятности они были там в одной группе. Если исключить тех, кто пропал, оставшиеся двое – члены Тайного отдела вскрытия, обладающие определённой властью. Они весьма известны на занимаемых должностях. Если бы они тоже пропали, мне бы сразу сообщили об этом.
Миниатюрная версия учителя стояла совершенно неподвижно, закрыв лицо руками.
Обычно он бы уже достал сигару, но у ртутной фигурки, несмотря на всё внимание к деталям, такой функции не было.
— Если действия Хартлесса действительно связаны с Судом Великих, то как именно?
Он замолк на несколько секунд.
— Нет, если посмотреть на это с точки зрения Макдонелла…
Учитель окинул взглядом комнату.
Выражение его ртутного лица слегка изменилось, после чего он указал на флаконы.
— Свен, ты не мог бы проследить, как менялись цены на артефакты за последние лет пять или десять?!
— А?.. Ну, тогда мне нужно вернуться в Часовую башню, так что это займёт какое-то время.
— Нет у нас времени. Можно обратиться к Рокко или Шардану, но…
— Хм? Вас интересуют артефакты? — услышав их разговор, Токо выгнула бровь. — Я знаю о них практически всё. В конце концов, если мне попадается артефакт, то я сразу же его покупаю на деньги своей младшей сестры.

*


План, значит.
То есть без должного понимания мы ничего не сможем сделать, даже если он решит незамедлительно закончить разговор. Это был первый этап нашей проверки.
— …
Молчание моего брата затягивалось.
О нет.
После нескольких секунд я мысленно приготовилась испытать удачу и вмешалась.
— Вы имеете в виду план, касающийся Могилы духа?
— Разумеется. Значит, Вы уже всё знаете, мисс Райнес.
Макдонелл кивнул, и я невольно вздохнула от облегчения. Как минимум это испытание мы прошли.
Кстати говоря, если взглянуть на имеющуюся у нас информацию, Суд Великих попросту не мог не иметь отношения к Альбиону. Даже мой брат должен был знать об этом. Теперь нам предстояло решить, как поддержать разговор.
— На самом деле план уже какое-то время находится в разработке, — радостно сказал Макдонелл. — И только теперь нам есть что показать.
То есть всё затеяли довольно давно, но конкретные очертания начали появляться только сейчас?
Я ломала голову, пытаясь что-либо выудить из этих слов, но у меня ничего не получалось. Не хватало самого важного фрагмента. Как заставить его разговориться? Или же стоит признать, что мы ничего не знаем, и просто спросить? Нет, если бы мы были на равных, то в этом не было бы ничего страшного, но, поскольку Эль-Меллои были гораздо слабее Трамбелио и Вальюэлета, нам нужно было как-то заполучить преимущество, чтобы уравнять правила игры.
Брат пошевелил губами, но ничего не сказал.
Наверное, всё ещё занимался сбором информации. Он вообще понял, что сказал Макдонелл?
Я наклонила свой бокал с белым вином.
— Учитывая потраченные усилия и время, я уверена, что результаты будут впечатляющими.
— О, Вы слишком высокого мнения о нас. С Бартомелоями и Тайным отделом вскрытия нелегко иметь дело. Нам также пришлось обратиться к Тайному отделу оценки.
Тайный отдел оценки, Карильонская обсерватория.
Там оценивали выдающихся магов и выбирали тех, кого нужно было поместить под Печать. Это была ещё одна организация, которая относилась к Часовой башне, но не являлась её частью. Именно тамошние маги выдали, а затем отозвали назначение на Печать для Аозаки Токо. Впрочем, ничего удивительного, если учесть, что эта организация находилась внутри лабиринта.
Тогда что это за план такой?
Что они собираются сделать с Альбионом? Сменить персонал? Распустить Тайный отдел вскрытия? Повторно рассмотреть назначения на Печать?
Мне в голову пришло множество ответов на этот вопрос, и отмахиваться от них было нельзя.
Тем временем нам подали суп.
От полупрозрачной янтарной жидкости исходил восхитительный запах. Это было простое блюдо без излишеств, однако одной ложки оказалось достаточно, чтобы раскрыть целый букет вкусов, которые растеклись по языку вместе с тонким ароматом хереса.
Это блюдо успокоило язык, ещё не отошедший от амюз буш и закуски. Мне даже показалось, что на поверхности супа я увидела самодовольную улыбку шеф-повара.
— М-м, да. Суп как всегда великолепен. Вам он тоже нравится?
Разумеется, это также отражало намерения Макдонелла.
Порядок приёма пищи соответствовал тому, что Макдонелл собирался сказать. Он начал без предупреждения, заставил нас почувствовать себя неуютно вопросом о будущем факультета современной магии, после чего перешёл к плану, который был темой этого разговора. Он использовал эти блюда, чтобы заявить о легитимности своих действий и пресечь любые возражения с нашей стороны. Полагаю, это тоже можно было назвать своеобразной магией.
Однако, поскольку они намеревались довести нас до предела, суп стал горьким во рту.
— …
У меня на лбу выступил холодный пот.
Больше тянуть время я не могла.
Стоило этой мысли промелькнуть в моей голове, как брат, аккуратно пробуя суп, пробормотал:
Вы хотите начать реорганизацию Альбиона?
— О, — брови Макдонелла слегка дёрнулись. — Да, разумеется. Я изначально собирался немного поиграть с Вами, но мне приятно видеть, что Вы меня понимаете. Это ещё не предали огласке, но план по реорганизации Могилы духа станет главной темой предстоящего собрания.
— …
Честно говоря, мне потребовалось немало усилий, чтобы сохранить невозмутимое выражение лица.
В то же время я ничего не могла возразить против такого ответа. Реорганизация Альбиона была равносильна перестройке Часовой башни, поскольку он считался одним из её краеугольных камней. Поэтому я не видела ничего драматичного в том, что такое решение нужно было принять на Суде Великих.
— Я изучил рыночные цены основных типов артефактов, извлекаемых из лабиринта. За последние десять лет они сильно поднялись. Обычно, это происходит из-за снижения количества экспедиций. Поэтому желание всё реорганизовать, чтобы как-то это компенсировать, вполне естественно.
— Вот как. В этом есть смысл. Что-нибудь ещё?
— Ещё до меня доходили слухи о контрабанде. Реорганизация поможет с ней бороться. Однако без Суда Великих даже Трамбелио не смогут что-либо сделать с Могилой духа.
Мой брат с готовностью выложил всю информацию, собранную в ходе расследований. Семьдесят очков ему за это. Делать ход в нужный момент всегда хорошо.
Макдонелл слушал его, кивая головой и наслаждаясь вином.
— Эта тема всплывает уже довольно давно. Учитывая структуру Альбиона, ни о какой контрабанде не может быть и речи… но у нас нет чёткого понимания этого лабиринта, поэтому вероятность существования какого-нибудь тайного прохода исключать нельзя.
Сказав это, он сделал ещё один глоток вина и на секунду закрыл глаза, словно опьянённый вкусом.
— Поэтому нам нужна переоценка объектов. Также реорганизация лабиринта может увеличить количество доступных артефактов, что благотворно скажется на исследованиях. Вам не кажется, что этот план поможет убить одним выстрелом двух зайцев?
— В прошлом многие предлагали это сделать. Лорды поколениями предвидели ценность реорганизации.
Мой брат тоже был согласен с основной мыслью плана. Мне ничего не было известно о том, что он только что упомянул, но в его голове, наверное, хранилась вся история Часовой башни в мельчайших деталях.
— Однако от этой идеи каждый раз отказывались из страха, что это истощит запасы артефактов в лабиринте. Более того, в лабиринте очень легко расстаться с жизнью, а реорганизация означает, что нам придётся зайти на ещё более опасную территорию. Даже если мы вложим в план все усилия, я не могу с уверенностью сказать, что у нас всё получится.
У меня возникло чувство, что это был ключевой момент.
Почему от плана снова не отказались? Почему решили стоять на своём и даже созвать Суд Великих?
— Разумеется, я считаю, что в этот раз нас ждёт успех. Сейчас для этого самое удачное время. Таинства, за которые мы держимся, постепенно исчезнут. Вы понимаете? В эту эпоху мы ещё можем бросить вызов таинствам, а Часовая башня способна поддержать нас с поверхности. Сомневаюсь, что у будущего поколения будут те же условия. Да, демократическая фракция верит, что сейчас наилучшее время для реорганизации Альбиона! — заявил Макдонелл.
Услышав это, старая женщина, возглавлявшая семью Вальюэлета, решила вмешаться.
— Эй, а Вы не слишком много на себя берёте, говоря за всю демократическую фракцию?
 
AkagiДата: Воскресенье, 07.08.2022, 11:43 | Сообщение # 59
Wild Card Owner
Группа: Администраторы
Пол:
Сообщений: 464
Награды: 11
Репутация: 24
Offline
4

Вообще говоря, это можно было назвать просчётом со стороны Трамбелио.
За то, что он даже не обсудил этот вопрос с другими членами фракции, следовало вычесть очки. Однако на лице Лорда Трамбелио не было ни следа беспокойства или разочарования. Возможно, Инорай и Макдонелл просто так общались, но они также могли скрывать свои эмоции так же ловко, как и мы.
— Ну Вы даёте. А я думал, что прекрасная Лорд Вальюэлета точно не будет против моего мнения.
— А я и не против, сынок, — предостерегающе сказала Инорай.
Когда нам начали приносить блюда, она отложила сигареты. Теперь же старая женщина, как и я, наклоняла свой бокал из стороны в сторону. Будучи напитком, который подали вместе с едой, вино идеально дополняло аромат супа. Шеф-повар учёл даже совместимость запахов.
— Являясь главой семьи Вальюэлета, я просто хочу сначала увидеть какие-нибудь данные. Мы не можем ошибаться в своих суждениях о том, какова истинная цель Часовой башни или какими должны быть руководящие принципы на факультете современной магии. Вы же тоже так считаете?
— Я не могу смириться с тем, что меня обвиняют в лени, — пожал плечами Макдонелл. Почему-то – возможно, из-за его мускулистости – мне это показалось забавным. Разумеется, даже это впечатление было тщательно просчитано.
В комнате воцарилось напряжение.
— О, мама говорила мне, что надо слушать Лорда Вальюэлета, — оживлённо сказал Мелвин.
До сих пор этот невыносимо разговорчивый человек не издавал ни звука и был похож на труп. Однако теперь он решил вставить своё слово и сказал именно это. Впечатление было такое, словно кто-то бросил камень в слегка подёрнутые рябью озёрные воды. Предсказать результат было попросту невозможно.
Макдонелл вздохнул и откинулся на спинку стула.
— Значит, вот как считает глава семьи Вайнс? Что ж, разумеется, я понимаю Инорай. Мы всё ещё собираем данные. Могу заверить, что к началу Суда Великих информации будет более чем достаточно.
— Что и следовало ожидать от Лорда Трамбелио.
Я решила воспользоваться шансом.
Сидевший рядом брат резко вздохнул, но мне было всё равно. Нам предложили ступеньку, на которую можно было встать, и упустить такую возможность мы никак не могли. Правда, это, скорее всего, сделает нас должниками Инорай и Мелвина, но у меня не было такой роскоши, как выбор другого варианта.
— В таком случае, как и сказала Лорд Вальюэлета, давайте примем решение после того, как ознакомимся с информацией. Если данные представят на Суде Великих, остальные Лорды, несомненно, тоже выиграют.
— Что ж, не знаю даже, чего именно я ожидал, — сказал Макдонелл, признавая поражение, и потёр подбородок. — Но это хорошая возможность. Альбион очень важен для Часовой башни. Мы должны меняться вместе с ним. И если мы хотим, чтобы эти изменения были к лучшему, то сейчас самое время.
Из-за того, что Макдонелл сделал упор на слово «мы», понять, действительно ли он делал это лишь ради собственной выгоды, стало довольно сложно.
Однако он нисколько не преувеличивал.
Таинства стремительно исчезали. Шансы на то, что магам удастся достичь Истока, таяли с каждой секундой, и вскоре сделать это будет практически невозможно. Чтобы продолжать путь к Истоку, мы должны решиться на смелые шаги. Использование власти Часовой башни для реорганизации Могилы духа было очень заманчивым вариантом.
Может быть, следующему поколению Лордов это будет уже не по силам.
Мы – вымирающая раса. Скорее всего, каждому магу это известно.
Если бы кто-нибудь сказал нам, что этой судьбы можно избежать, мы бы с готовностью продали за это наши души.
Возможно, догадавшись, о чём я думала, Макдонелл одарил меня щедрой улыбкой.
— Как бы то ни было, я просто хотел, чтобы Вы всё поняли немного заранее. Если бы я озвучил свои намерения на Суде Великих, это стало бы для Вас сюрпризом, не так ли? — он покачал пальцем, словно делая нам одолжение. — Дату проведения Суда Великих скоро назначат. Некоторым Лордам она, скорее всего, уже известна. Всё произойдёт в течение недели.
Мне очень хотелось, чтобы он перестал демонстрировать всю неосведомлённость фракции Эль-Меллой. Разве он не понимал насколько это было неловко, чёрт побери? Если бы Адасино Хисири не поделилась с нами информацией, эта встреча прошла бы хуже некуда.
— Наберитесь терпения.
Сказав это, Инорай залпом осушила бокал вина.
— Спасибо, что уделили нам внимание.
Мой брат нахмурился ещё сильнее и осторожно потёр живот. К вину он даже не притронулся. Похоже, сегодня ему потребуется двойная доза магического лекарства.
— Что ж, время для главного блюда! Этого, конечно, будет маловато, чтобы отблагодарить вас за приятную беседу, но я надеюсь, что вам понравится!
Макдонелл широко развёл руки и жестом приказал слугам принести следующее блюдо.
 
AkagiДата: Воскресенье, 07.08.2022, 11:44 | Сообщение # 60
Wild Card Owner
Группа: Администраторы
Пол:
Сообщений: 464
Награды: 11
Репутация: 24
Offline
5

Вскоре мы переместились в другую комнату особняка.
Мелвин попросил приготовить её для нас. Убедившись в отсутствии ловушек и магии для наблюдения, я рухнула на один из диванов.
— Блин, мне хана! Пока шла встреча, я, наверное, раза три умерла! Нужно заказать несколько надгробий с моим именем!
Я не шутила. Мне действительно казалось, что из меня выкачали всю энергию.
Если я расслаблюсь, то, скорее всего, сразу же отдам концы. Каждая клетка в моём теле молила о скорейшем избавлении. Разумеется, я знала, как выправить эмоциональное состояние с помощью магии, но мне даже не хотелось тратить силы на это.
О том, что произошло после, не нужно было рассказывать.
Нам удалось удержаться на плаву благодаря имеющейся у нас информации. Свои действия я бы оценила баллов на шестьдесят. Могло быть и лучше, но мы, по крайней мере, справились.
Что же касается обезжиренных кусков мяса, обжаренных на слабом огне, и десертов, приготовленных со знанием молекулярной гастрономии, то всё это полностью испарилось из моей головы. У меня осталось лишь общее представление о том, что я только что съела.
Мне хотелось пролежать так до самой смерти, но Мелвин с радостной улыбкой произнёс, плавным движением убрав окровавленный платок:
— Ха-ха, Вы неплохо справились. Не знал, что у Вас может быть такое выражение лица, Райнес.
— Мелвин…
Он так сильно раздражал меня, что мне хотелось блевануть прямо на него, но сил на то, чтобы разозлиться, попросту не было. Даже после вынужденного участия в Великом ритуале я чувствовала себя гораздо лучше.
— Мелвин, ты не сказал нам про Макдонелла. Это и было твоё предательство? — хриплым голосом спросил мой брат и тяжело опустился на стул. Видимо, ему было ничуть не легче, чем мне.
— Разумеется! Я продал тебя за хорошую цену! Если хочешь поблагодарить меня, то я не против. Можешь утопить нас всех в слезах благодарности!
— Жалоб у меня, конечно, немало. Но ладно, спасибо… пока что.
Во вздохе моего брата было примерно процентов двадцать искренней благодарности. Я чувствовала то же самое.
Честно говоря, лучше шанса заполучить достоверную информацию у нас ещё не было. Пройдя по тонкому льду и истощив себя до предела, мы обрели большое количество козырных карт. По крайней мере, мы не стали единственными, кто ничего не знал о Суде Великих, и избежали унижения.
После недолгого молчания мой брат произнёс:
— Ты не мог бы оставить нас на минуту?
— А, конечно. Даже лучшие друзья могут расходиться во взглядах. После всего, что произошло, вам есть что обсудить.
В данной ситуации даже Мелвин – возможно, из-за его происхождения – понимал всю важность точек зрения лучше, чем кто-либо.
Он развернулся и вышел из комнаты.
— Райнес, ты ведь теперь знаешь, как всё обстоит, да? — измученным голосом спросил брат, когда мы остались наедине.
— Разумеется. Я ожидала, что с демократической фракцией нам тоже придётся пересечься.
Просто причина для такой встречи оказалась совершенно не такой, как я предполагала.
Реорганизация Альбиона.
В этом случае демократической фракции нужно было стать серьёзнее. Неудивительно, что даже Макдонелл начал действовать и попытался привлечь моего брата на свою сторону, несмотря на то, что раньше нас игнорировали все, кроме Лорда Вальюэлета.
— Важнее всего другое… Если принять в расчёт ещё и Хартлесса…
После этих слов мой брат закусил губу.
— Чёрт, да знаю я! Конечно, знаю. Я уже рассмотрела наихудший сценарий.
Брат превосходно анализировал магию, однако во всём, что казалось заговоров и интриг, ему со мной было не сравниться. Как бы сильно я ни уставала, мой мозг продолжал работать, думая о всевозможных ловушках, которые могли установить противники. Таков был результат долгих лет, проведённых в постоянном страхе стать жертвой наёмного убийцы.
— Ученики Хартлесса, также являющиеся Выжившими и исчезающие один за другим. План по реорганизации Могилы духа. То, что всё это происходит одновременно, попросту не может быть совпадением. Сложно представить, что разработка плана заняла всего пару лет. На это могло уйти целых пять лет. Десять, если в идеале. К тому же, как сказал Зепия, наше противостояние с Хартлессом вовсе не означает, что он является врагом Часовой башни.
Эти слова прозвучали в деревне Грэй.
Я подумала о том, что сказал Зепия моему брату в качестве благодарности за помощь. Его совет был настолько прямолинейным, что казался самым настоящим проклятием.
— Что можно сказать в итоге?
— Сообщник Хартлесса… Да, это один из участников Суда Великих.
Мне не хотелось думать об этом.
Однако это был самый правдоподобный вариант.
Хартлесс был бывшим главой факультета современной магии. Ранние дела выявили, что он однажды помог Марисбери Анимусфиа, Лорду факультета астрологии. Поэтому если он заключил сделку с другим Лордом, то в этом не было ничего удивительного. Однако на такой сцене, как Суд Великих, было бы глупо обвинять кого-то в преступлении. Ох, честного говоря, если бы не брат, мне было бы всё равно.
Я удержалась от того, чтобы тяжело вздохнуть.
У меня было чувство, что мои невидимые враги множились с каждой секундой. И что прикажете с этим делать? Внутри меня словно извивались личинки, и я никак не могла успокоиться.
Поэтому, чтобы скрыть свою боль, я повернулась к брату.
— Ах да. Как думаешь, сообщник Хартлесса поддержит реорганизацию Альбиона?
— У нас мало информации, чтобы сказать наверняка. Возможно, они мешают работе в лабиринте. Есть вероятность, что они намереваются воспользоваться Судом Великих, чтобы избавиться от этого плана раз и навсегда.
— Я тоже так думаю.
Извне или изнутри, легальными методами или нет - неважно было, как они собирались это сделать. План таких масштабов будет не так-то просто остановить. Если верить словам Макдонелла, он даже счёл необходимым держать всё в секрете до сего момента.
Однако…
— Остаётся второе письмо, — сказал мой брат с презрением на лице.
Это было приглашение от Лорда Юлифиса из аристократической фракции, возглавлявшего факультет духовных эвокаций. Сперва мы подумали, что тем самым нас предупреждали о последствиях в случае предательства. Но теперь всё изменилось. Разумеется, причиной тому была вероятность, что Лорд Юлифис был сообщником Хартлесса.
Независимо от того, был ли сообщник Лордом или представителем, его положение не могло быть ниже нашего.
— Ох, дела хуже некуда.
Воцарившаяся в комнате тишина отражала отчаяние, которое испытывали мы с братом.
 
Glass moon - Forum » Переводы » Glass Moon Tranlsations » LORD EL-MELLOI II CASE FILES VOL. 6-9 [НОВЕЛЛА] (Отдельная тема, пока не будет закончен 5-й том)
  • Страница 4 из 6
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • »
Поиск: